Каталог статей из сборников научных конференций и научных журналов- Структура правоохранительных органов (НКВД-МВД СССР и НКГБ-МГБ СССР) в контексте борьбы с бандитизмом в военное и послевоенное время

И. В. Упоров, доктор исторических наук, кандидат юридических наук, профессор,

ORCID 0000-0002-0906-5228, e-mail: uporov@list.ru,

Российская академия естествознания,

г. Краснодар, Россия

В непосредственной борьбе с преступностью в целом и с бандитизмом на бывших в оккупации советских территориях в поздне- и послевоенный период главенствующее место занимали органы внутренних дел и органы государственной безопасности. Эти органы довольно долго осуществляли свою деятельность в тесной организационно-структурной взаимосвязи [1]. Так, ВЧК-ОГПУ первоначально существовали как самостоятельное ведомство. После этого Постановлением ЦИК СССР от 10 июля 1934 г. ОГПУ было ликвидировано в связи созданием НКВД СССР, в структуре которого было сформировано ГУГБ (Главное управление государственной безопасности). В начале 1941 г. произошло разделение функций советского карательного ведомства – 3 февраля НКВД СССР был разделен на два наркомата – НКГБ СССР и НКВД СССР (за которым осталось руководство всей лагерной сферой, милицией и войсками) [2, с. 35]. После начала Великой Отечественной было сочтено целесообразным объединить усилия НКВД СССР и НКГБ СССР в одном ведомстве. Это решение было оформлено в виде Указа ПВС от 20 июля 1941 г., в соответствии с которым НКВД СССР и НКГБ СССР были объединены в единый НКВД СССР [3]. Такова была общая картина организационно-структурного развития органов внутренних дел и государственной безопасности в то время. Их структура, полномочии, деятельность в историко-правовой литературе в целом рассмотрены довольно подробно в исторических трудах (в числе авторов В. П. Сальников, С. В. Степашин, В. Б. Романовская, В. П. Сидоренко, В. А. Иванов, В. И. Ирлицын, А. Я. Малышин, В. Е. Мартиянов и др.), и в этой связи основное внимание будет сосредоточено на тех аспектах, которые в наибольшей степени касаются борьбы с бандитизмом на бывших в оккупации советских территориях.

В этой связи нужно отметить, что уже с самого начала войны приоритет в деятельности НКВД СССР отдавался именно мерам по обезвреживанию банформирований. С этой целью уже 30 сентября 1941 г. на базе Отдела по борьбе с бандитизмом Главного управления милиции НКВД СССР был создан самостоятельный Отдел по борьбе с бандитизмом (ОББ) НКВД СССР во главе с бывшим начальником УНКВД по Смоленской области С. А. Клеповым [4, с. 121] (позже ОББ был переструктурирован в ГУББ – Главное управление по борьбе с бандитизмом, что свидетельствовало о повышенной значимости этого направления деятельности правоохранительных органов).

Соответствующие подразделения создавались и на местах. Так, новый Отдел по борьбе с бандитизмом УНКВД Краснодарского края состоял из двух отделений – оперативного и следственного, общая численность работников – 14 человек [5]. Выделение ОББ в качестве самостоятельной структуры УНКВД позволяло ему проявлять более широкую самостоятельность в своей деятельности, поднимался также уровень полномочий его руководителя. Такое организационное изменение отразилось и на результатах деятельности Отдела по борьбе с бандитизмом. Так, с 1 июля по 1 октября 1941 г. в Краснодарском крае было выявлено 692 бандита и 231 дезертира, из последних 115 были местными жителями, а 14 дезертировали с оружием [6, л. 192]. В этой связи в литературе отмечается, что уже в начале войны по агентурно-оперативной информации было известно, что в отдельных регионах страны, в частности, в районах Украины, Прибалтики, сформированы и ведут антисоветскую деятельность бандитские формирования и бандодиночки, имеющие своих пособников из числа местного населения [7, с. 321].

После перелома Великой Отечественной войны с 1943 г. начался процесс необратимого освобождения временно оккупированных территорий от немецко-фашистских войск, при этом на освобождаемой территории оставалось немало лиц, враждебных советской власти, которые включались в бандформирования и совершали тяжкие преступления. Такое положение повлекло очередную реорганизацию основных правоохранительных органов – в апреле 1943 г. было принято решение о разделении НКВД СССР на самостоятельных ведомства – НКВД СССР и НКГБ СССР. Следует заметить, что на местах выделение подразделений НКГБ СССР из подразделений НКВД СССР нередко носило тогда достаточно сложный характер, и в основном по причинам субъективного свойства, между руководителями ведомств возникали трения по разным поводам, в частности, это касалось начальника Ейского горотдела УНКВД по Краснодарскому краю Безрукова и начальника Ейского горотдела НКГБ Парфентьева [6, л. 33–33 лб]. Вопросы несогласованности в действиях органов НКВД и НКГБ в агентурно-оперативной работе по борьбе с бандитизмом нашли отражение, в частности, в директиве Наркома внутренних дел Л. Берия и Наркома государственной безопасности СССР В. Меркулова от 16 июля 1943 г., где уточнялись степень и формы участия органов НКВД СССР и НКГБ СССР в агентурной работе, связанной с борьбой с бандитизмом, с учетом уже накопившегося опыта в этой сфере [8, с. 178–179].

Позже, в послевоенный период в НКВД СССР был осуществлен ряд изменений, в частности, это касалось их руководства. Так, Указом ПВС СССР от 29 декабря 1945 г. Л. П. Берия был освобожден от обязанностей Наркома внутренних дел СССР, и на его место был назначен С. Н. Круглов. Формально причина состояла в том, что Берия возглавил специальный комитет при ГКО (позже при СНК СССР), созданный 20 августа 1945 г. для руководства всеми работами по использованию атомной энергии. Фактически причина лежала, очевидно, глубже, в том числе нельзя сбрасывать со счету и высказываемую в литературе версию о том, что Сталин пошел на этот шаг ввиду того, что у Берии слишком много оказалось властных полномочий, и вождь решил осадить своего «соратника» [9, с. 77].

А несколько раньше, исходя из складывавшейся военно-политической и криминологический ситуации на освобождаемых от временной оккупации территорий обсуждались вопросы очередных структурных изменений. Так, применительно к НКВД СССР специально созданная для этого 9 августа 1945 г. комиссия (во главе с С. Н. Кругловым) представила тогдашнему еще наркому Берии вариант новой структуры этого ведомства. На базе ГУББ предлагалось организовать Секретно-оперативное управление (СОУ) НКВД СССР (в другом варианте это управление называлось – Оперативное управление). Задачами СОУ НКВД СССР являлись: борьба с бандитизмом; агентурно-оперативное обслуживание з/к в ИТЛ; агентурно-оперативное обслуживание спецпоселенцев. За отделом контрразведки НКВД «Смерш» предполагалось оставить оперативное обслуживание войск НКВД и пожарной охраны, передав оперативное обслуживание милиции и других аппаратов НКВД в СОУ НКВД СССР. Тюремное управление предлагалось упразднить, передав его функции в ГУЛАГ НКВД СССР. Отдел НКВД СССР по борьбе с детской беспризорностью и безнадзор­ностью предлагалось упразднить, передав его функции в ГУМ НКВД СССР. Отдел спецпоселений НКВД СССР предлагалось упразднить, передав оперативное обслуживание спецпоселенцев в СОУ НКВД СССР, а административно-хозяйственное обеспечение возложить на ГУЛАГ НКВД СССР.

Также предлагалось: выделить из ГУМ НКВД СССР Отдел по борьбе с хищениями социалистической собственности в самостоятельный отдел НКВД СССР; Политотдел ГУМ НКВД СССР упразднить; организовать в ГУЛАГе НКВД СССР Тюремный отдел, Отдел лесной промышленности (на базе Управления лагерей лесной промышленности), Отдел спецпоселений; на базе ГУЛГМП, Главпромстроя и ГУАС организовать Главное уп­равление промышленного строительства (Главпромстрой) НКВД СССР; на базе Политуправления ГУПВ и политотделов всех управлений войск НКВД СССР организовать самостоятельное Политуправление войск НКВД СССР; Отдел ПФЛ ликвидировать; Оперативно-чекистский отдел ГУЛАГа ликвидировать, передав его функции в СОУ НКВД СССР [10, с. 83–85].

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что руководители НКВД пытались сохранить структуры, функции которых по их содержанию традиционно относятся к органам госбезопасности (СОУ, Смерш), однако позже они все же перешли в структуры органов государственной безопасности. 10 января 1946 г. Л. П. Берия и С. Н. Круглов подписали акт приема и сдачи дел по НКВД СССР. В приемо-сдаточном акте следующим образом было записано о задачах Наркомата внутренних дел СССР: борьба с бандитизмом и повстанческими формированиями; охрана госграниц СССР; борьба с уголовной преступностью и хищением социалистической собственности; охрана общественного порядка и личной безопасности граждан СССР; организация проведения паспортной системы; обеспечение изоляции преступников и их трудовое использование; содержание, охрана и трудовое использование военнопленных и интернированных; охрана железнодорожных сооружений и особо важных предприятий промышленности; организация пожарной охраны и местной противовоздушной обороны; борьба с детской беспризорностью и безнадзорностью; выполнение оборонных и народнохозяйственных заданий правительства (строительство оборонительных рубежей, военно-морских баз, аэродромов, заводов и предприятий промышленности, железных и шоссейных дорог, промышленная добыча золота, олова, никеля, угля и т. п.), а также ряд других специальных заданий правительства. Как видно, на первое место была поставлена «борьба с бандитизмом и повстанческими формированиями», что показывает важность этого направления в деятельности НКВД (МВД) непосредственно после окончания Великой Отечественной войны. Отдельным пунктом в акте было отмечено, что работа НКВД СССР «строится и проводится в соответствии с решениями ЦК ВКП(б), на основе законов и постановлений Правительства СССР». В свою очередь, из этого положения следует, что главенствующими для карательных органов (как и для всех других государственных органов) были партийные решения, что отражало сложившуюся в СССР политическую систему с монопольным положением одном коммунистической партии.

Из заметных нововведений в этом контексте следует отметить ряд постановлений Совета Министров СССР, принятых в один день (20 января 1947 г.), в соответствии с которыми из ведения МВД СССР были переданы в ведение МГБ СССР; 1) ГУВВ и внутренние войска МВД; 2) транспортное управление милиции ГУМ МВД СССР; 3) Управление специальными объектами в Крыму МВД СССР [10, с. 91]. Эти изменения меняли соотношение полномочий и весомости в новом госаппарате в пользу МГБ СССР, которое укрепилось не только мощнейшими вооруженными формированиями, но и заложило базу для собственного материально-технического обеспечения.

Тогда же на МГБ СССР была возложена основная задача по ликвидации бандформирований на бывших в оккупации советских территориях. Это очень важный момент, показывающий повышенную роль органов государственной безопасности в борьбе с бандитизмом на бывших в оккупации советских территориях. В дальнейшем такое изменение соотношения полномочий в пользу органов госбезопасности, когда из МВД СССР в МГБ СССР передавались другие структурные подразделения, которые позволяли вести оперативно-розыскную деятельности в контексте государственной безопасности, станет тенденцией до середины 1950-х гг.. В частности, постановлением правительства (данные изменения осуществлялись только правительственными решениями) от 25 августа 1947г. был передан Отдел правительственной связи и Управление войск правительственной связи; через год, 15 августа 1948 г. – 9-е Управление (ведало надзором за ссыльными, высланными и спецпоселенцами); 13 октября 1949 г. – ГУПВ и погранвойска, ГУММ и милиция, а также ВСУ; 14 июля 1950г. – ОСП, ГУББ (ГУОР) и Секретариат ОСО; 22 августа 1952 г. – Главная военная инспекция военизированной охраны первой категории [11, с. 94–108]. Если обобщить, имея в виду заявленную тему, то органы МГБ была возложена функция борьбы с политическим бандитизмом, на органы МВД - ликвидация уголовного бандитизма [11, с. 1570].

В результате МВД СССР, особенно после передачи в МГБ СССР милиции (обратный перевод будет осуществлен только после смерти Сталина), превратилось, по существу, в огромное хозяйственно-силовое ведомство, которое организовывало на тысячах стройках и объектах труд миллионов заключенных и ссыльных. Если обобщить несколько десятков подразделений, оставшихся в МВД СССР, то по состоянию на 3 января 1953 г. выделялись три основных направления: 1) исполнение наказания в виде лишения свободы и других мер наказания, таких, как ссылка, высылка, принудительные работы (ГУЛАГ, Тюремное управление и др.) и обеспечение охраны мест ИТЛ и ИТК (конвойная охрана); 2) пожарная и вневедомственная охрана; 3) экономическая деятельность. Последнее направление было явно приоритетным, о чем свидетельствует наличие огромного числа специализированных подразделений по различным отраслям экономики (Главспецнефтестрой, ГУЛГМП – Главное управление лагерей горно-металлургической промышленности, ГУЛЛП – Главное управление лагерей лесной промышленности; ГУШОСДОР – Главное управление лагерей по шоссейному и дорожному строительству; Енисейстрой; Главслюда; Главасбест; Геологическое управление; Гидропроект; Главгидроволгобалстрой; Сталинградгидрострой; Куйбышевгидрострой; Средазгидрострой; Отдел перевозов; Дальстрой; Главный арбитраж и др.) [10, с. 108–110]. По объемам производимой продукции и выполняемых работ МВД было в числе передовых в СССР, хотя по сути своей МВД, конечно же, вообще не должно заниматься экономической деятельностью наравне с другими субъектами хозяйственных отношений. Однако специфика советского МВД СССР оказалась именно такой.

И именно сфера исполнения наказания в виде лишения свободы на начало 1950-х гг. осталась единственной, через которую МВД СССР продолжало участвовать в борьбе с бандитизмом, имея в виду, что большинство осужденных бандитов попадали в ИТЛ, подведомственные МВД СССР. Разумеется, при таком подходе, когда из МВД СССР было выхолощено почти все, что связано с наличием вооруженных формирований и проведением оперативно-розыскной деятельности (за исключением ГУЛАГа), оно перестало играть роль существенного механизма в обеспечении карательных функций. Можно, очевидно, говорить о том, что у МВД СССР оказалась вторичная репрессивная роль, то есть МВД СССР получало в свое ведение (в ИТЛ и в ИТК) уже «готовых» преступников, «сделанных» в МГБ СССР, и реализовывало назначенные им уголовные наказания или административные решения, и именно в этом смысле (обеспечение надлежащего режима в местах лишения свободы, вовлечение их к обязательным работам) МВД СССР продолжало оставаться репрессивным органом. И, напротив, роль МГБ СССР, как мы отмечали, соответственно возрастала.

В этой связи представляет интерес организационно-структурная трансформация данного ведомства (помимо указанных выше изменений). Кардинальное расширение и изменение структуры МГБ СССР произошли 4 мая 1946г., когда вместо В. Н. Меркулова Министром госбезопасности СССР был назначен И. С. Абакумов, а возглавляемый им «Смерш» влился в МГБ СССР. Решение об этом было принято Политбюро ЦК ВКП(б) от 4 мая 1946 г. Кроме того, возникли новые управления и самостоятельные отделы. В результате этих изменений структура МГБ СССР включала, в частности, следующие подразделения: 1-е Главное управление (разведка); 2-е Главное управление (контрразведка); 3-е Главное управление(военная контрразведка); Управление охраны № 1 (охрана И. В. Сталина); Управление охраны № 2 (охрана остальных руководителей партии и правительства); Управление коменданта Московского Кремля; Отдел «А» (учетно-архивный); Отдел «Б» (оперативной техники); Отдел «В» (перлюстрация корреспонденций); Отдел «Д» (экспертизы и подделки документов); Следчасть по особо важным делам и др. [10, с. 139].

Несмотря на приведенные перманентные изменения структурного построения главнейших карательных органов (НКВД-МВД и НКГБ-МГБ) в рассматриваемый период удавалось эффективно бороться с бандформированиями на освобождаемых от оккупации советских территориях [7, с. 322]. Очевидно, такой подход государства в целом заслуживает позитивной оценки, что, одновременно, не снимает ответственности с государственных структур и соответствующих должностных лиц за имевшие нарушения законности в процессе их деятельности по борьбе с бандитизмом.

Библиографический список

1.    Уголовно-исполнительное право России. Общая и особенная части : учебник для бакалавров / В. Н. Орлов, В. Е. Эминов, Е. А. Антонян [и др.]. Сер. 58 «Бакалавр. Академический курс». – М., 2012.

2.    Емелин С. М. Концептуальные основы изучения исторических условий и правовых основ деятельности органов внутренних дел в период Великой Отечественной войны и первые послевоенные годы // Военно-юридический журнал. 2009. № 6. – С. 32–36.

3.    Ведомости Верховного Совета СССР. 1941. № 33.

4.    Кокурин А. И., Петров Н. В. НКВД – НКГБ – «Смерш»: структура, функции, кадры // Свободная мысль. 1997. № 8. – С. 118–128.

5.    Специальный фонд ИЦ ГУ МВД РФ по Краснодарскому краю. Ф. 19. Арх. 3-а. Д. 1. (Не пронумеровано).

6.    Центр документации новейшей истории Краснодарского края (ЦДНИКК). Ф. 1774-А. Оп. 2. Д. 173. Л. 192.

7.    Мутигуллин А. В. Правовое регулирование деятельности госорганов по борьбе с фашистско-националистическим подпольем в западных регионах СССР (1943–1955 гг.) // Ученые записки Крымского федерального университета им. В. И. Вернадского. Сер. : Юрид. науки. 2023. № 4. – С. 318–325.

8.    Кубанская ЧК : органы госбезопасности Кубани в документах и воспоминаниях / сост. Н. Т. Панчишкин, В. В. Гусев, Н. В. Сидоренко. – Краснодар : Сов. Кубань, 1997. – С. 178–179.

9.    Медовник А. А. Уголовно-политическое судопроизводство в советском государстве послевоенного периода (1945–1953 гг.) : дис. … канд. юрид. наук. – Краснодар, 2008. – С. 77.

10.Лубянка. Органы ВЧК–ОГПУ–НКВД–НКГБ–МГБ–МВД–КГБ. Документы / сост. А. И. Кокурин, Н. В. Петров. – М. : РОССПЭН, 2003. – С. 83–85.

11.Бугаев В. Н. Деятельность органов НКВД–НКГБ–МВД–МГБ СССР по обеспечению общественной безопасности на территории Западной Белоруссии (1939–1953 гг.) // Вестник Тамбовского университета. Сер. : Гуманитарные науки. 2023. № 6. – С. 1568–1578.