Каталог статей из сборников научных конференций и научных журналов- Субъективное счастье офисных сотрудников: сравнение обладателей домашних животных и не владеющих ими

Е. В. Звонова, доктор психологических наук, доцент, e-mail: zevreturn@yandex.ru,

Московский экономический институт,

Московский университет имени А. С. Грибоедова,

г. Москва, Россия

А. П. Гулина

e-mail: arinafine@gmail.com,

Московский университет имени А. С. Грибоедова, г. Москва, Россия

Вопросы исследования счастья в жизни человека привлекают пристальное внимание ученых [1; 6].

Проблема субъективного уровня счастья офисных сотрудников приобретает особую актуальность в контексте современных условий труда [2]. Работники ежедневно сталкиваются с множественными стрессогенными факторами [8]: высокими рабочими нагрузками, необходимостью длительной концентрации внимания, ограниченной физической активностью и интенсивным межличностным взаимодействием. В этих условиях поиск ресурсов для поддержания эмоционального и психологического равновесия становится важной задачей, как для самих работников, так и для организационной психологии в целом.

Эта проблема есть результат сложного сочетания социальных и психологических моментов в жизни человека. Она включает в себя то, как мы сами оцениваем свою повседневную жизнь: нравится ли нам, что происходит, рады ли мы своим достижениям и как относимся к себе - с любовью или с постоянной самокритикой [5]. Это напрямую связано с нашим ощущением благополучия [7], полноценности и смысловой наполненности жизни [3; 4].

Одним из потенциальных факторов, способствующих повышению субъективного ощущения счастья, является наличие домашнего животного. Исследования последних десятилетий показывают, что взаимодействие человека с домашними питомцами сопровождается целым комплексом позитивных психофизиологических изменений: снижением уровня кортизола (гормона стресса), повышением концентрации окситоцина (нейропептида, связанного с социальной привязанностью), улучшением настроения и

Владение домашним животным может выступать компенсаторным механизмом, обеспечивающим эмоциональную поддержку, структурирование внерабочего времени и удовлетворение базовых психологических потребностей в заботе и привязанности.

В ходе исследования было выдвинуто предположения, что офисные сотрудники, имеющие домашних животных, воспринимают свой уровень счастья выше, чем сотрудники, не имеющие питомцев. Наличие питомцев формирует особый жизненный стиль хозяина, что способствует повышенному субъектному уровню счастья, уменьшению личностной и ситуативной тревожности.

Исследование проводилось с помощью следующих методик:

1.     «Индекс жизненного стиля» (ИЖС) (Life Style Index, LSI) – психодиагностическая методика для диагностики защитных механизмов личности. Разработана в 1979 году в соавторстве Роберта Плутчика, Генри Келлермана и Хоупа Конте.

2.     Оксфордский опросник счастья (Oxford Happiness Inventory, OHI) Авторы: M. Argyle, P. Hills (1989, 2002), Адаптация: А. М. Голубев, Е. А. Дорошева (2017).

3.     Шкала тревоги Спилбергера-Ханина или Шкала реактивной и личностной тревожности, ШРЛТ (State-Trait Anxiety Inventory, STAI) Автор: Charles Spielberger (1970), Адаптация: Ю. Л. Ханин (1976).

В исследовании приняли участие 44 сотрудников в возрасте от 19 до 55 лет из филиалов и представительств Государственного бюджетного учреждения Города Москвы «Мой Семейный Центр «Притяжение». Из них 28 женщин и 16 мужчин. 22 опрошенных имеют одно и более домашних животных и у 22 человек они отсутствует.

На основании обработки анкетных данных установлены следующие закономерности распределения наличия домашних животных с учётом брачного статуса:

Для респондентов, состоящих в зарегистрированном браке:

·       наличие домашнего животного – 13 человек;

·       отсутствие домашнего животного – 9 человек.

Для респондентов, не состоящих в зарегистрированном браке:

·        наличие домашнего животного – 9 человек, из них 8 женщин и 1 мужчина;

·        отсутствие домашнего животного – 13 человек.

Распределение по количеству домашних животных:

·        1 животное – у 13 респондентов;

·        более 1 животного – у 9 респондентов.

В ходе исследования были сформированы две группы. Критерием формирования группы было наличие домашнего животного или несколько домашних животных. В группу 1 вошли те, у кого есть домашнее животное, их количество составило 22 человека (возраст группы от 19 до 55 лет, средний возраст составил 40 лет); в группу 2 (контрольная группа) вошли те, у кого нет домашнего животного их количество так же составило 22 человека. (возраст группы от 22 до 55 лет, средний возраст составил 40 лет). Общее количество участников исследования – 44 человека. Состав группы представлен в таблице 1.

Таблица 1.

Распределение испытуемых по группам с учетом наличия домашнего животного с определением среднего возраста и его среднего статистического отклонения

Результаты диагностики, проведенной с помощью методики «Индекс жизненного стиля» (ИЖС) (Life Style Index, LSI) показали, что у Группы 1 (есть домашнее животное) преобладают механизмы психологических защит отрицание и проекция. У группы 2 (нет домашнего животного) преобладают механизмы психологических защит проекция и реактивное образование.

Далее был проведен Оксфордский опросник счастья (Oxford Happiness Inventory, OHI) Авторы: M. Argyle, P. Hills (1989, 2002), Адаптация: А. М. Голубев, Е. А. Дорошева (2017).

Полученные в ходе диагностики данные двух групп были подвергнуты статистическому анализу при помощи U-критерия Манна-Уитни. Критические значения анализа представлены в таблице 2.

Таблица 2.

Критические значения групп для анализа при помощи U-критерия Манна-Уитни

По результатам статистического анализа U-критерий Манна-Уитни (различие между группами 1 и 2) можно сделать вывод, что полученное эмпирическое значение Uэмп=213 находится в зоне значимости.

Далее была проведена диагностика с помощью шкалы тревоги Спилбергера-Ханина или Шкала реактивной и личностной тревожности, ШРЛТ (State-Trait Anxiety Inventory, STAI).

Полученные в ходе диагностики данные двух групп были подвергнуты статистическому анализу при помощи U-критерия Манна-Уитни.  Был проведен анализ результатов показателей ситуативной тревожности. Критические значения анализа представлены в таблице 3.

Таблица 3

Критические значения анализа на Ситуативную тревожность

По результатам статистического анализа U-критерий Манна-Уитни (различие между группами 1 и 2) полученное эмпирическое значение Uэмп=172 находится в зоне незначимости. Следовательно различия между группами по ситуативной тревожности отсутствует.

По результатам статистического анализа U-критерий Манна-Уитни (различие между группами 1 и 2) показателей личностной тревожности полученное эмпирическое значение Uэмп=105.5 находится в зоне значимости. Следовательно, различия между группами по личностной тревожности имеют статистически значимый показатель. Группа 1 (респонденты с домашними животными) показала более низкие показатели личностной тревожности в ходе исследования, что подтверждает гипотезу о благоприятном воздействии питомцев на психологическое благополучие их владельцев.

Для оценки степени связности между двумя переменными, в случае если данные не имеют признаки нормального распределения, был использован коэффициент корреляции Спирмена.

Статистический анализ тестирования оксфордского опросника счастья и ситуативной тревожности результатов группы 1 (есть домашнее животное) с применением коэффициента корреляции Спирмена показал результат: rs= -0.313, критические значения представлены в таблице 4.

Таблица 4.

Критические значения для группы 1 (есть домашнее животное) (N=22)

Корреляция между показателями Оксфордского опросника счастья и Шкалы тревоги Спилбергера–Ханина ситуативной тревожностью не достигает уровня статистической значимости rs= -0.313. Выявлена отрицательная зависимость, данный результат показывает, что чем выше индекс счастья, тем ниже уровень ситуативной тревожности.

Корреляция между показателями Оксфордского опросника счастья и Шкалы тревоги Спилбергера–Ханина личностной тревожностью был получен результат: rs = -0.047.

Результаты проведения корреляции показателей Оксфордского опросника счастья и Шкалы тревоги Спилбергера–Ханина личностной тревожностью не достигает уровня статистической значимости, выявлена отрицательная зависимость.

Корреляция между показателями Оксфордского опросника счастья и Шкалой тревоги Спилбергера–Ханина ситуативной тревожности был получен результат: rs = -0.137.

Таблица 5.

Критические значения для группы 1 (есть домашнее животное) (N=22)

Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Корреляция между показателями Оксфордского опросника счастья и Шкалой тревоги Спилбергера–Ханина личностной тревожности был получен результат: rs = 0.003. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

В ходе корреляционного анализа данных, проведённого с использованием коэффициента ранговой корреляции Спирмена, была оценена взаимосвязь между показателем по шкале «Отрицание» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Расчёты показали наличие статистически значимой положительной корреляции rs = 0.703. Полученное значение коэффициента Спирмена соответствует сильной положительной корреляции согласно общепринятым критериям оценки силы связи.

В группе 1 (есть домашние животные). Между показателем по шкале «Подавление» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.577. Корреляция статистически значима. Таким образом, связь между подавлением и счастьем достаточно выражена: повышение уровня подавления сопряжено со снижением уровня счастья, и наоборот.

Между показателем по шкале «Регрессия» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.536. Корреляция статистически значима.

Между показателем по шкале «Компенсация» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.243. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Проекция» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.41. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Замещение» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.239. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Интеллектуализация» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = 0.331. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Реактивное образование» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = 0.048. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

В результате проведенного статистического анализа результатов группы 2 (нет домашнего животного) были получены следующие результаты.

Между показателем по шкале «Отрицание» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.145. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Подавление» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.209. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

 Между показателем по шкале «Регрессия» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.005. Корреляция статистически значима.

Между показателем по шкале «Компенсация» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.243. Корреляция статистически значима.

Между показателем по шкале «Проекция» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.314. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Замещение» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = -0.153. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Интеллектуализация» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = 0.054. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Между показателем по шкале «Реактивное образование» ИЖС и значением Оксфордского опросника счастья. Результат: rs = 0.204. Корреляция не достигает уровня статистической значимости.

Результаты эмпирического анализа показали, что сотрудники, имеющие домашних животных, демонстрируют статистически значимые различия по уровню счастья по сравнению с теми, кто не имеет питомцев. В группе респондентов с питомцами были выявлены определенные тенденции, свидетельствующие о наличии взаимосвязей между показателями индекса жизненного стиля и субъективным уровнем счастья. Это может говорить о том, что наличие домашних животных может оказывать влияние на формирование специфического жизненного стиля, который в свою очередь может оказывать позитивное влияние на переживание счастья.

Библиографический список

1.     Аргайл М. Психология счастья. – СПб.: Питер, Мастера психологии 2 е изд. 2003. – 332 с.

2.     Джидарьян И. А. Представление о счастье в российском менталитете – СПб.: Алетейя, 2001. – 238 с.

3.     Леонтьев Д. А. Счастье и субъективное благополучие: к конструированию понятийного поля // Мониторинг общественного мнения: Экономические и социальные перемены. – 2020. – № 1. – С. 14–37.

4.     Леонтьев Д. А. Экзистенциальные основы счастья и благополучия: от смыслов к действиям // Позитивная психология. – 2021. – Т. 2. – № 3. – С. 21–35.

5.     Lyubomksky, S., Sheldon, K. M., and Schkade, D. Pursuing happiness: the architecture of sustainable change // Rev. Gen. Psychol. – 2005. – № 9. – P. 111–131. doi: 10.1037/1089-2680.9.2.111

6.     Pitkin W. The psychology of happiness. – Madison: University of Wisconsin: Simon and Schuster, 1929.  –  428 p.

7.     Rastelli C, Calabrese L, Miller C, Raffone A and De Pisapia N. The art of happiness: an explorative study of a contemplative program for subjective well-being // Front. Psychol. – 2021. – №12. – P. 600982. doi: 10.3389/fpsyg.2021.600982

8.     Seligman, M. E. P. Positive psychology, positive prevention, and positive therapy // Handbook of Positive Psychology/ eds C. R. Snyder and S. J. Lopez. – New York, NY: Oxford University Press, 2002. – P. 3–9.