Ближайшие конференции по темам

ФилософияФилософия - К-05.13.21

СоциологияСоциология - К-09.10.22

ИскусствоведениеИскусствоведение - К-09.20.22

ИсторияИстория - К-05.13.21

КультурологияКультурология - К-09.20.22

МедицинаМедицина - К-10.05.22

ПедагогикаПедагогика - К-05.13.21

ПолитологияПолитология - К-05.13.21

ПравоПраво - К-09.15.22

ПсихологияПсихология - К-05.13.21

ТехникаТехника - К-10.05.22

ФилологияФилология - К-09.20.22

ЭкономикаЭкономика - К-09.10.22

ИнформатикаИнформатика - К-10.05.22

ЭкологияЭкология - К-10.05.22

РелигиоведениеРелигиоведение - К-09.20.22


Ближайший журнал
Ближайший Научный журнал
Paradigmata poznání. - 2022. - № 3

Научный мультидисциплинарный журнал

PP-3-22

русскийрусский, английскийанглийский, чешскийчешский

21-20.07.2022

Идёт приём материалов

Информатика Искусствоведение История Культурология Медицина Педагогика Политология Право Психология Религиоведение Социология Техника Филология Философия Экология Экономика


Литературный журнал Четверговая соль
Литературный журнал "Четверговая соль"

Каталог статей из сборников научных конференций и научных журналов- Образ медведя как репрезентация некоторых архетипов социальной элиты в мифологических представлениях народов Поволжья

Образ медведя как репрезентация некоторых архетипов социальной элиты в мифологических представлениях народов Поволжья

Б. А. Дорошин
Пензенская государственная технологическая академия,

г. Пенза, Россия

 

Отсутствие или наличие социальной напряженности, степень ее проявления в том или ином регионе, и, в частности, в Поволжье, во многом обусловлены спецификой его элит, особенностями их взаимодействий друг с другом и различными социальными общностями. Характер этих взаимодействий в немалой степени обусловлен глубинными социально-психологическими структурами и доминантами, опосредованными через устойчивые образы культуры и подпадающими под определение архетипических, сквозь призму которых осуществляется восприятие элит ими самими и другими субъектами. Они детерминируют главным образом меритократическое понимание элиты, в основе которого лежат представления о значимых для общества ее достоинствах, с древнейших времен подвергавшихся мифологизации и сакрализации.   Данный подход актуален и в контексте постиндустриализма. Он получил развитие в концепции О. Тоффлера о формировании власти, основанной на знании, и предполагающей в качестве ее субъекта интеллектуальную элиту. Способная достичь поставленных целей преимущественно методом убеждения людей в их личной заинтересованности в этих целях, превращения противников в союзников, именно такая элита способна эффективно противодействовать социальной напряженности. Для реализации данного вектора общественно-политического развития могут иметь большое значение перманентно актуализирующиеся в массовом сознании и поведении больших общностей людей архетипы коллективного бессознательного, прежде всего имеющие отношение к социальной элите.

Вместе с тем существенные архетипические основания имеет и другой вектор общественно-политического развития, неотъемлемой и существенной частью которого являются принуждение и насилие, а неизбежным сопутствием – высокая социальная напряженность. Эскалацию социальной напряженности и ее трансформацию в открытый конфликт во многих случаях катализируют и направляют элиты и лидеры, в психике которых доминируют негативные архетипические переживания, обусловленные регрессивным инфантильным материалом, в особенности относящимся к драматическим аспектам процесса биологического рождения. Признавая определенную эффективность конфликтов в преодолении социальной напряженности и содействии историческому прогрессу, С. Гроф считает необходимым подкрепление их внешних достижений внутренней психологической трансформацией, которая могла бы нейтрализовать мощные деструктивные силы, свойственные человеческой натуре, и предотвратить их возрастание – и рост социальной напряженности – на постконфликтной стадии. Это детерминирует потребность в элитах, представители которых проделали бы достаточно большую внутреннюю работу и достигли духовной зрелости [2, с. 445–450], или, в терминах юнгианства, осуществили индивидуацию и оптимальную интеграцию Эго и Самости. Последняя, выступая на личностном уровне как проявление высшего единства человека, гармонизации его различных качеств, одни из которых считаются позитивными и принимаются как высокоценные и наиболее достойные человека, а другие отвергаются как негативные, иррациональные и деструктивные, обеспечивает и развитие способности понимания человеком окружающего, часть которого, так же, как и часть его существа, оценивается негативно. Отдельные аспекты Самости проявляются в других архетипах: Отца, Героя, Мудрого Старца [5, с. 31, 34]. Зачастую эталоном лидера и идеальным образчиком любого представителя элиты служит Герой. Укорененный в «старших», наиболее архаичных пластах массового сознания архетипический образ героической элиты воспроизводится в социальной практике: военная аристократия, духовно-рыцарские ордена, возводящее свои корни к тамплиерам масонство; и в эмоционально-оценочном подтексте концептов политической фразеологии: «коммунистическая партия – передовой отряд рабочего класса», «питерские силовики», единороссы – «медведи».

Именно образ медведя, выступая в качестве одного из центральных символов современной российской политической культуры, является и одной из наиболее архаичных репрезентаций архетипа Самости в мифологических представлениях народов Поволжья. Антропоморфность его фигуры и обитание в таких же пещерах, какие служили жилищами людям, очевидно, способствовали его сакрализации в качестве тотемного предка (медведь как Отец) еще в среде палеолитических охотников, воспринимавших медведя как образец мужества, силы и бесстрашия, что предрасполагало к героизации его образа (медведь как Герой). Часто фиксируемое в этнографическом материале представление о родстве человека с медведем связывается и с тем, что из всех звериных шкур первобытному охотнику легче всего было надеть на себя шкуру медведя и воспроизводить в ней движения этого зверя на охоте, если нужно было подкрадываться замаскированным к настоящим медведям. Эти «перевоплощения» могли стимулировать генезис магических представлений (медведь как Маг и Мудрый Старец) [4, с. 99–108].

Такая динамика проявления основных архетипических составляющих в генезисе мифологического образа медведя соответствует предполагаемой нами общей схеме формирования того «пучка» образов и архетипов, объединяемых интегральным архетипом Самости, которые наиболее взаимосвязаны с представлениями о социальной элите. Исходным в нем представляется образ первопредка, восходящий к памяти о доминантных субъектах мужского пола в наиболее ранних популяциях гоминид. В ходе своего генезиса сознание людей наделяло данных субъектов героическими, сакрально-магическими и царскими достоинствами.

Вероятно, именно такое соотношение аспектов Самости в той или иной мере детерминирует иерархию установок населения Поволжья в отношении элит.

Архетипически детерминированные

установки (ожидания),

связываемые с элитой
Аспекты Самости как интегрального архетипа, отражающего и моделирующего комплекс характеристик элиты
патернализм, социальная опека и защита с их стороны
архетип Отца
решающая роль в борьбе с проблемами и врагами, осуществление кардинальных преобразований
архетип Героя
предложение мировоззренческих и смысложизненных парадигм
архетип Мудрого Старца
авторитарная персонификация
архетип Царя [1, с. 59].
 

Наличие такой иерархии установок, очевидно, характерно для существенной части российского общества в целом и обусловлено преобладанием в нем трех этнических компонентов – славянского, финно-угорского и тюркского, симбиотическое взаимодействие которых  наиболее масштабно, интенсивно и долговременно осуществлялось в Поволжье.

Археологические данные и кросскультурные параллели позволяют говорить о том, что у предков современных народов Поволжья медведь в эпоху поздней (развитой, высокой) первобытности и перехода к цивилизации  являлся символом священной власти, субъектом которой была религиозно-политическая элита. Вероятно, именно этим обусловлено то,  что для большинства связанных с ним мифологических сюжетов и мотивов характерно преобладание того аспекта интегрального архетипа Самости, который манифестируется архетипом Мудрого Старца. Это проявляется в олицетворении образом медведя богов Велеса и Нишке-паза; его связи с шаманско-поэтическим действием, магией (актуализация в психике архетипа Мудрого Старца пробуждает вдохновение и стимулирует проницательность); с подземной сферой, миром мертвых (предков, дедов); в представлении Велеса дедом сказителя Бояна («Велесова внука»); в распространенном величании медведя «дедушкой» в обрядах и фольклоре; а также в использовании одного слова – «песатай» – для обозначения медведя и деда в удмуртском языке.

Именно архетипы Мудрого Старца и Самости наиболее полно отражают высшие духовные аспекты элиты, обусловливая связь ее символики с идеей сакрального центра как точки высшего равновесия [3, с. 7–10].  

Таким образом, аутентичный этнопсихологический базис массового сознания народов Поволжья, включающий представленные в образе медведя мифоархетипические доминанты, предполагает необходимость развития социальной элитой данного региона в целях профилактики и противодействия социальной напряженности прежде всего следующих качеств и аспектов функционирования: 1) социальной опеки, патерналистской заботы о благосостоянии населения, соответствующих основополагающему в культурной легитимации элиты архетипу Отца; 2) компетентности, рассудительности, взвешенности решений, эффективного осуществления социального арбитража, роли центра, уравновешивающего различные общественные силы и тенденции, соответствующих архетипам Мудрого Старца и Самости, связываемым с качествами высшей мудрости и гармонии.          

Библиографический список

1.    Болен Д. Ш. Боги в каждом мужчине. Архетипы, управляющие жизнью мужчин. – М.: ООО Издательский дом «София», 2005.

2.    Гроф С. За пределами мозга. Рождение, смерть и трансценденция в психотерапии. – М.: ООО «Издательство АСТ» и др., 2001.

3.    Дорошин Б. А. Медведь, волк и громовержец как архетипические образы социальной элиты в мифологических представлениях народов Поволжья // Личность и общество: проблемы философии, психологии и социологии: сборник статей Международной научно-практической конференции. – Пенза: Приволжский Дом знаний, 2010. – С. 6–11.

4.    Рыбаков Б. А. Язычество древних славян. – М.: Наука, 1994.

Самохвалов В. П. Психоаналитический словарь и работа с символами сновидений и фантазий. – Симферополь: СОНАТ, 1999.

Полный архив сборников научных конференций и журналов.

Уважаемые авторы! Кроме избранных статей в разделе "Избранные публикации" Вы можете ознакомиться с полным архивом публикаций в формате PDF за предыдущие годы.

Перейти к архиву

Издательские услуги

Научно-издательский центр «Социосфера» приглашает к сотрудничеству всех желающих подготовить и издать книги и брошюры любого вида

Издать книгу

Издательские услуги

СРОЧНОЕ ИЗДАНИЕ МОНОГРАФИЙ И ДРУГИХ КНИГ ОТ 1 ЭКЗЕМПЛЯРА

Расcчитать примерную стоимость

Издательские услуги

Издать книгу - несложно!

Издать книгу в Чехии