Ближайшие конференции по темам

ФилософияФилософия - К-05.13.21

СоциологияСоциология - К-09.10.22

ИскусствоведениеИскусствоведение - К-09.20.22

ИсторияИстория - К-05.13.21

КультурологияКультурология - К-09.20.22

МедицинаМедицина - К-10.05.22

ПедагогикаПедагогика - К-05.13.21

ПолитологияПолитология - К-05.13.21

ПравоПраво - К-09.15.22

ПсихологияПсихология - К-05.13.21

ТехникаТехника - К-10.05.22

ФилологияФилология - К-09.20.22

ЭкономикаЭкономика - К-09.10.22

ИнформатикаИнформатика - К-10.05.22

ЭкологияЭкология - К-10.05.22

РелигиоведениеРелигиоведение - К-09.20.22


Ближайший журнал
Ближайший Научный журнал
Paradigmata poznání. - 2022. - № 3

Научный мультидисциплинарный журнал

PP-3-22

русскийрусский, английскийанглийский, чешскийчешский

21-20.07.2022

Идёт приём материалов

Информатика Искусствоведение История Культурология Медицина Педагогика Политология Право Психология Религиоведение Социология Техника Филология Философия Экология Экономика


Литературный журнал Четверговая соль
Литературный журнал "Четверговая соль"

Каталог статей из сборников научных конференций и научных журналов- Архетип культурного героя в политическом дискурсе

K-1-03-10
Международная научно-практическая конференция
Архетипы и архетипическое в культуре и социальных отношениях
05.03-06.03.2010

Архетип культурного героя в политическом дискурсе

С. В. Плевако

Алтайская государственная педагогическая академия,

г. Барнаул, Россия

 

Архетип – излюбленное средство маркетологов и имиджмейкеров. Многие современные дискурсы сознательно основаны на архетипах (см. например, [5], [8]). При этом успешность / неуспешность функционирования обусловлена многими факторами: удачно подобранным архетипом, его соответствием типу дискурса, коммуникативной ситуации и др. Несмотря на сознательную установку на использование архетипов, мифологизацию и героизацию, автор текста является носителем коллективного бессознательного, использует архетипы, которые принадлежат этому определенному (национальному) типу бессознательного. В виду сказанного, вероятно, можно говорить о стихийности в порождении дискурса, обусловленной особенностями функционирования архетипов в современной культуре.

Мы рассмотрим специфику функционирования архетипа героя в политическом дискурсе (использованы материалы предвыборной кампании кандидатов в депутаты Алтайского краевого совета народных депутатов). Политический дискурс, как и любой другой, формирует свои особенности, провоцирующие трансформацию архетипа.

Политический дискурс является распространенным предметом исследований (см. Базылев В. Н. [1], Гудков Д. Б. [3], Демьянков В. 3. [4], Цивьян Т. В. [11]) и представляет собой совокупность конститутивных признаков. Прежде всего, первичность прагматического наполнения. Политический текст не информативен, ритуален: его содержание деактуализируется в пользу производимого высказыванием действия. Этим обусловлена суггестивность политического дискурса: «В основе коммуникативных актов ПД [политического дискурса – авт.] – стремление воздействовать на собеседника, этим определяется их эксплицированная или имплицитная суггестивность, явно доминирующей над информативностью» [3].

Исследователь В. 3. Демьянков таким образом определяет специфику перформативного действия в данном типе дискурса: «Общественное предназначение политического дискурса состоит в том, чтобы внушить адресатам – гражданам сообщества – необходимость «политически правильных» действий и/или оценок. Иначе говоря, цель политического дискурса – не описать (т.е. не референция), а убедить, пробудив в адресате намерения, дать почву для убеждения и побудить [выделено нами – авт.] к действию» [4].

Политический дискурс предельно привязан к ситуации: учитывает особенности и конкретные детали коммуникации, «систему взглядов потенциального интерпретатора с целью модифицировать намерения, мнения и мотивировку действий аудитории» [4]. Дискурс обращен к массам – адресат не индивидуален.

Как и всякое перформативное высказывание, политический дискурс ориентирован на успешность (реализацию интенции). Направленность на реализацию намерения обуславливает наличие определенных языковых средств и речевых приемов. В политическом дискурсе в качестве специфических средств выступают символы и архетипы, поскольку обладают смысловой вместимостью, многозначностью и способностью альтернативных интерпретаций. Успех политической коммуникации «предопределяется тем, насколько символы созвучны массовому сознанию: политик должен уметь затронуть нужную струну в этом сознании; высказывания политика должны укладываться во «вселенную» мнений и оценок (т.е. во все множество внутренних миров) его адресатов, «потребителей» политического дискурса. [4].

По мнению Д. Б. Гудкова,  «и политик, и толкующие его действия ориентируются не на создание нового, а на следование уже известным образцам и, соответственно, на угадывание этих «образцов» в тех или иных поступках (вербальных и невербальных)» [3]. Это обуславливает максимальную стереотипизацию высказывания, стандартизацию (ритуальность) речевой формы. «Для коммуникации в подобных условиях важными оказываются указывающие на стандартную форму вербальные сигналы, при получении которых в сознании реципиента сразу актуализируется стереотипная картинка, связанная со стереотипным содержанием» [3].

Архетип героя является одной из разновидностей ритуализированного политического общения. Использование мифологических прототипов обусловлено свойствами мифа, который и позволяет политическому дискурсу максимально соответствовать конкретной ситуации: «Миф объясняет и санкционирует существующий космический порядок в том его понимании, которое свойственно данной культуре, миф так объясняет человеку его самого и окружающий мир, чтобы поддерживать этот порядок...» [10, 169–170].

«Так как миф рассказывает о деяниях сверхъестественных существ и о проявлении их могущества, он становится моделью для подражания при любом сколько-нибудь значительном проявлении человеческой активности <...>. Функция мифа – давать модели и, таким образом, придавать значимость миру и человеческому существованию» [12, 147]. Архетип героя (героические мифы) дает удобную форму для выражения суггестивного действия в коммуникативной ситуации предвыборной кампании.

Теоретические разработки архетипа героя восходит к работам К. Г. Юнга [13]. Мифологический портрет культурного героя (по Е. М. Мелетинскому [9, 25-28]) складывается из следующих черт:

1)    творец-демиург, который «добывает или впервые создаёт для людей различные предметы культуры»;

2)    участие в мироустройстве, «деяния по преодолению первоначального хаотического состояния мира и его бессознательному или сознательному упорядочению»;

3)    борец с хаотическими природными силами, чудовищами, хтоническими демонами, разрушающими порядок и мироустройство;

4)    совершает подвиг – спасает мир в критический момент;

5)    герой всегда социален, он совершает подвиг ради кого-то, миссия героя – охрана от чудовищ местообитания людей;

6)    не является божеством (не сакрализован), но при этом обладает значительностью, магической силой, явлен в мифе как исключительная Личность.

Коммуникативная ситуация предвыборной кампании предполагает следующие намерения: побудить реципиента к совершению «политически правильного» действия (голосование за кандидата), убедив, вызвав доверие. Использование архетипа героя позволяет реализовать данное намерение.

Агитационный текст, построенный на основе данного архетипа, как правило, включает две ключевые составляющие: 1) биография кандидата, 2) программа. Программа направлена на прогнозирование будущих подвигов Героя. Предваряющая ее биография формирует положительное отношение к кандидату, презентует его как уникальную, выдающуюся Личность – т. е. демонстрирует его способность на этот подвиг.

Героизация личности осуществляется следующими способами:

Кандидату приписывается выполнение социально значимых действий («добывать или создавать предметы культуры»):

«За 20 лет работы – научной и преподавательской деятельности – прошел путь от старшего преподавателя до ректора»;

«Врач в третьем поколении»;

«Боевой офицер-спецназовец с блестящим образованием, <…>, переживший вместе со всем корпусом Советской Армии развал страны, на верность которой он присягал»;

Его «волнует будущее страны, благополучие семьи и гарантии нормальной, обеспеченной жизни для наших детей».

Деятельность уникальна, отмечена степенью превосходства:

«Разработал ряд уникальных курсов, положил начало сильнейшей за Уралом археологической школы»;

«Один из лучших практикующих врачей, главный гематолог края».

Героическая и спасительная функция возможна лишь при наличии опекаемых и защищаемых, в текстах агитационных материалов предвыборной кампании таковыми являются наиболее беззащитные социальные группы: дети, пенсионеры, больные, ущемленные и обиженные.

Космос, как правило, обещан. Созидательная деятельность разворачивается на фоне царящего в мире хаоса. Хаотичность мира гиперболизирована и выражается в социальной, материальной, экономической неустроенности:

«очень сложные условия начального формирования рынка, когда закон как таковой еще не приобрел черты основательности, ясности, совместимости с реалиями жизни. Да и вообще: закон зачастую просто не действовал, как он достаточно часто не действует и сейчас».

Специфической чертой политического дискурса является наличие врагов Героя; оценки при этом отличаются ярко выраженной полярностью, строятся на бинарных оппозициях, исключающих какую-либо градуальность: добро – зло, враг – друг и др.:

«многочисленные факты злоупотреблений со стороны чиновников» – «решительное вмешательство в работу местной власти»;

«разоблачать чиновников-казнокрадов, разрушать механизмы коррупционной деятельности, подводить воротил теневого бизнеса увольнение, направлять материалы о злоупотреблениях в правоохранительные органы».

Противопоставленность и наличие персонифицированного врага придает политическому дискурсу черты русского героического эпоса [6]. Данная дискурсивная параллель наполняет политический дискурс патриотическими коннотациями («Вся трудовая деятельность связана с Барнаулом»).

Формирование исключительности и уникальности личности также происходит путем апеллирования к национальным традициям. Рождение от благочестивых родителей, нравственная кристальность, благопристойная жизнь – признаки жития [7], воплотившиеся в политических текстах:

«Родился в многодетной семье»;

«Мама – учитель, воспитывала пятерых детей», «работал педагогом»;

«Женат. Воспитал троих детей, радуется успехам внуков»;

«В вместе с супругой в этом году отпразднуют 35 лет совместной жизни».

Таким образом, архетип героя наиболее успешен для предвыборной кампании, органично привязывается к конкретной ситуации и позволяет осуществить коммуникативное действие (убедить и побудить к голосованию «за»). В процессе функционирования архетипа героя происходит его национальное наполнение. С одной стороны, впитывает особенности героического эпоса (герой в политическом дискурсе обретает богатырские черты), с другой стороны – сказывается влияние национальной идеи, жанра жития.

Список использованной литературы:

1.  Базылев, В. Н. Российский политический дискурс (от официального до обыденного) / В. Н. Базылев // Политический дискурс в России: Материалы рабочего совещания. – М.: ИЯ РАН, 1997.

2.  Баранов, А. Н. Политическая метафорика публицистического текста: возможности лингвистического мониторинг [Электронный ресурс] / А. Н. Баранов // Язык СМИ и тексты политического дискурса. – Режим доступа: http://evartist.narod.ru/text12/09.htm#%D0%B7_12. – Дата доступа: 05.03.2010.

3.  Гудков, Д. Б. Прецедентные феномены в текстах политического дискурса [Электронный ресурс] / Д. Б. Гудков // Язык СМИ и тексты политического дискурса. – Режим доступа: http://evartist.narod.ru/text12/09.htm#%D0%B7_18 – Дата доступа: 05.03.2010.

4.  Демьянков, В. З. Интерпретация политического дискурса в СМИ [Электронный ресурс] / В. З. Демьянков // Язык СМИ и тексты политического дискурса. – Режим доступа: http://evartist.narod.ru/text12/09.htm#%D0%B7_01. – Дата доступа: 05.03.2010.

5.  Иудин, А. А. Бренд на основе архетипа: национальная специфика [Электронный ресурс] / А. А. Иудин // Деловая тактика. – Режим доступа: http://www.dt.nnov.ru/publishing/?prod_id=3. – Дата доступа: 05.03.2010.

6.  Калугин, В. Идеалы русского эпоса / В. Калугин // Русь многоликая. Думы о национальном. – М.: Советский писатель, 1990.

7.  Лихачев, Д. С. Избранные работы / Д. С. Лихачев: в 3 т. – Т. 3. – Л.: Худож. лит., 1987. – 520 с.

8.  Марк, М. Герой и бунтарь. Создание бренда с помощью архетипа / М. Марк, К. Пирсон.– СПб.: Питер, 2005.

9.  Мелетинский, Е. М. Культурный герой / Е. М. Мелетинский // Мифы народов мира: Энциклопедия: В 2 т. / Гл. ред. С. А. Токарев. – М.: Сов. энциклопедия, 1992. – Т. 2. – С. 25-28.

10.  Мелетинский, Е. М. Поэтика мифа / Е. М. Мелетинский. – М.: Восточная литература, 1995. – 408 с.

11.  Цивьян, Т. В. Лингвистические основы балканской модели мира / Т. В. Цивьян. – М.: Наука, 1990. – 207 с.

12.  Элиаде, М. Аспекты мифа / М. Элиаде. – М.: Инвест-ППП, 1995. – 244 с.

Юнг, К. Г. Архетип и символ / К. Г. Юнг. – М.: Ренессанс, 1999.

Полный архив сборников научных конференций и журналов.

Уважаемые авторы! Кроме избранных статей в разделе "Избранные публикации" Вы можете ознакомиться с полным архивом публикаций в формате PDF за предыдущие годы.

Перейти к архиву

Издательские услуги

Научно-издательский центр «Социосфера» приглашает к сотрудничеству всех желающих подготовить и издать книги и брошюры любого вида

Издать книгу

Издательские услуги

СРОЧНОЕ ИЗДАНИЕ МОНОГРАФИЙ И ДРУГИХ КНИГ ОТ 1 ЭКЗЕМПЛЯРА

Расcчитать примерную стоимость

Издательские услуги

Издать книгу - несложно!

Издать книгу в Чехии