EnglishРусский

Внешнеполитические доктрины II и III Интернационалов: сравнительный анализ

Е. Н. Емельянова  Кандидат исторических наук, доцент,

Государственный социально-гуманитарный университет,

г. Коломна, Московская область, Россия

 

Двадцатый век стал веком прихода к власти марксистских партий, как на Западе, так и на Востоке. Почему же не удалось создать единого сообщества народов, как предполагала марксистская теория? Почему единое учение распалось, как некогда христианство, на две ветви: западную и восточную? Почему не удалось добиться согласия по важнейшим вопросам человеческого бытия: предотвращения войны и сохранения мира?

Для ответа на эти вопросы используем в качестве примера взаимоотношения руководства Социнтерна и Коминтерна в 20-е годы XX в., в самом начале революционной эпохи.

Главную причину войны марксизм изначально видел в агрессивной экономической при­роде империализма. Но с приходом социалистов и большевиков к власти и те, и другие объявили о начале создания предпосылок для строительства нового социалистического общества. Тем самым был обоснован тезис о необходимости защиты социалистического отечества. Одни попытались построить социализм на базе либерально-демократической модели, другие – создать принципиально новое бесклассовое и негосударственное общество – советскую демократию, в основу которой все же изначально была заложена авторитарная идея – диктатура пролетариата и крестьянства, реально переросшая в диктатуру коммунистической партии. На тот момент это соответствовало менталитету российского народа, значительную часть которого составляло полупатриархальное крестьянство с традиционной верой в царя.

Выбор различных моделей развития привел к разному пониманию факторов, ведущих к войне. Коммунисты по-прежнему видели истоки войны во враждебной Советской России империалистической системе. Социалисты утверждали, что агрессия исходит от диктаторских режимов и, в первую очередь, от большевистской диктатуры в России и фашистской в Италии.

Способы предотвращения войны также предусматривались различные. Коминтерн заявил в своих документах, что только ликвидация капиталистической системы через гражданские, революционные [4] и национально-освободительные войны позволит построить новое общество без военных конфликтов. Основанное не на конкуренции, а на международном научном планировании, не на национальных интересах, а представляющее собой негосударственное образование – Мировая советская республика устранит сами причины войн и позволит достичь вечного мира. Переходной ступенью к этому обществу должна стать Федерация советских республик по типу СССР [2, с. 31].

Социнтерн полагал, что достаточно продолжительного мира можно достичь уже при капитализме. Для этого нужно устранить диктаторские режимы, установив в этих странах демократическую систему; поддержать Лигу Наций как организацию, призванную с помощью международного права бороться за мир; ввести систему арбитража для наказания агрессора; допускалось создание Соединенных Штатов Европы. При внешнем пацифизме эта программа предполагала ряд насильственных действий. Отрицая открытую интервенцию против СССР, Социнтерн ставил задачу демократизации Советской России изнутри, через политическую поддержку и финансирование оппозиционных партий, движений и групп в самой ВКП(б), а также через подчинение Советского государства международным законам. Выдвигая лозунг включения СССР в Лигу Наций, Социнтерн в то же время признавал обязательность ее решений для всех членов, а также наказания страны, не подчинившейся арбитражному суду насильственными мерами, вплоть до военных. Учитывая, что СССР был единственной страной с иной политической системой, нетрудно предположить, что эта мера предусматривалась, в первую очередь, против большевистского режима. Взяв за основу либеральную модель общественного устройства, Социнтерн фактически воспринял и либерально-идеалистическую концепцию международных отношений. Таким образом, два некогда единых учения эволюционировали в двух различных направлениях: одно – в сторону либерализма, другое – в сторону авторитаризма, хотя изначально целью его была ликвидация государства как аппарата насилия. Два союзника стали врагами.

Существовала ли возможность примирения? Такие попытки были предприняты в 1922 и 1935 гг.  В 1922 году руководство Советской России пыталось включить страну в мировую экономическую систему. Правда, стремилось это сделать на выгодных для себя условиях, что для мирового сообщества того времени было неприемлемо, так как Советское государство не входило в число стран-победительниц. На четвертом конгрессе, под давлением В. И. Ленина, Коминтерн сделал ряд теоретических уступок Социалистическому Интернационалу. Была признана возможность мирного перехода к социализму и создания демократического рабочего правительства (фактически допускалась коалиция с либералами), выдвигался лозунг образования Соединенных Штатов Европы и Азии. Большевики даже заявляли о возможности объединения Интернационалов. Но на совещании в Берлине в апреле 1922 г. руководство Второго Интернационала не только отказалось от лозунга пересмотра условий Версальского договора, устанавливавшего гегемонию Англии и Франции, но и выдвинуло ряд заранее неприемлемых для Советской России требований: демократизации власти и признание самостоятельности Грузии,  не обещая при этом ничего взамен. Включения России в мировое экономическое сообщество в 1922 году не состоялось.

В 1935 г. VII конгресс Коминтерна повторил попытку примириться с социал-демократией и всеми пацифистскими силами, выдвинув идею народного фронта. Связано это было с приходом к власти в Германии фашизма и приближающейся Второй мировой войной. Но все же полного объединения социализма и коммунизма вновь не произошло.

Причин тому, на наш взгляд, несколько. В двадцатом веке марксизм превратился из научного учения в идеологию, призванную оправдать нахождение у власти социал-демократов и коммунистов. Каждое из направлений в марксизме претендовало на истинность только своих представлений о социализме. Национальные интересы при этом превалировали над интернациональными. Обе стороны делали ставку на силовое распространение своей модели социализма. И все же, на наш взгляд, есть еще одна, более глубинная, причина – это цивилизационный раскол. Современные неореалистическая и либеральная теории международных отношений фактически не выходят за рамки существующей западной демократической модели общества, предлагая варианты достижения мира в условиях глобальной демократизации, не учитывая традиций и национальных особенностей других народов [1]. И вновь Россия ищет собственный путь на основе идей консерватизма и евразийства [6].

Возможно, выработка новых теорий в философии истории и международных отношений позволит регулировать общественные процессы мирным путем.  

 

Библиографический список

  1. Диалог культур в условиях глобализации // Составитель: Алексеев Г. М. – М. : Канон+, 2012. – 616 с.
  2. Емельянова Е. Н. Проблема войны и мира в теории и практике Коминтерна (1919 –1923гг.). Дис. … канд. ист. наук – М. : МГУ, 1998. – 201 с.
  3. Материалы по VII Конгрессу Коминтерна. – Пятигорск : Севкавгиз, 1935. – 71 с.
  4. Сергомасов М. Ю. Политические аспекты советско-польской войны 1920 года. Автореф. дис. … канд. ист. наук. – М., 1997 – 16 с.
  5. Социалистический вестник. – Нью-Йорк, 1921–1935.
  6.  Черемных О. А., Попов Г. Г. Евразийская концепция истории России средних веков. – Воскресенск, 2011. – 256 с.
  7. IV конгресса Коммунистического Интернационала. Бюллетень. – М., 1922. – № 1–32.
  8. Kevin Mc Dermott. The Comintern: A history of intern. communism from Lenin to Stalin. – London : Macmillan press, 1996. – 304 р.

Комментарии:

Ваш ник:
Ваш email:
Текст комментария: