EnglishРусский

Психология бытия Э. Фромма как метафизический проект

О. Ю. Акимов Кандидат философских наук, доцент,

В. С. Забелина Студент,

Тульский государственный педагогический

университет им. Л. Н. Толстого, г. Тула, Россия

 

Основной проблемой современного мира является проблема человеческого существования. Её разрешение осуществляется в разных предметных областях гуманитарного знания, в частности в философии и психологии.

Сама постановка этой проблемы стала возможной вследствие того, что традиционные парадигмы гуманитарного знания (философская и психологическая) рассматривают положение человеческой личности в мире, как правило, в качестве изолированного аспекта идеальной системы, содержащей в себе объяснение всех, или почти всех, происходящих в мире процессов. Соответственно, человеческое существование описывается в этих учениях в рамках определенной статичной модели объяснения поведения человека, реализацией ее и является его отношение к миру.

В такой ситуации, заранее принятые определения понятий «человек», «личность», «мир» рассматриваются в качестве законов, определяющих события и отношения. Примерами таких объяснений являются бихевиоризм и психоанализ в психологии, а также грубое толкование как идеалистической, так и материалистической философии, в частности в вульгарном материализме или сенсуализме. В конечном итоге эти объяснения базируются на грубом противопоставлении человеческого субъекта и материального мира, о чем в своих работах много писал А. Ф. Лосев.

Преодоление дуализма субъекта и объекта является важной задачей современного гуманитарного знания. Одна из возможностей такого преодоления - рассмотрение взаимодействия мира и человека не с точки зрения конкретной метафизической доктрины или идеи, а с точки зрения конкретного феномена или действительного факта, играющего роль своеобразного зеркала, помогающего увидеть конкретные грани взаимодействия мира и человека.

Для выдающегося мыслителя Э. Фромма таким зеркалом является развитие социума на определенном историческом этапе. В данном случае, история социума понимается как история множества абсолютно индивидуальных, но неразрывно связанных между собой человеческих существований. Фромм сближает между собой понятия «действительности», «реальности», «жизни» и «существования», в подобном случае данные определения перестают рассматриваться изолированно и приобретают новые значения, настолько тесно связанные друг с другом, что поиск точного определения становится бессмысленным.

Таким образом, Фромм понимает человеческое существование как «жизненный процесс», что позволяет, с одной стороны, отказаться от распространенного противопоставления субъекта и объективного мира, а, с другой, показать, что существование как таковое возможно только во взаимодействии личности и ее социального окружения, что предполагает невозможность буквального толкования давно изученных ситуаций и фактов.

Точкой отсчета тем самым становится действительная жизнь человека в социуме, для описания которой мыслитель использует богатый статистический материал и исследования современных ученых. Действительная жизнь индивида, по мнению Фромма, может быть рассмотрена только динамически, то есть, с точки зрения собственных автономных внутренних изменений, опыта личности, который определяет ее существование одновременно как отношение к внешнему миру, отношение к другим людям и к себе самой. Если рассматривать все эти отношения по отдельности, как это происходит в естественных и гуманитарных науках, то подобное описание никогда не выявит собственно структуры человеческого существования, а выявляет скорее ряд сопутствующих ему условий. Например, рассматривая человеческое существование по аналогии с субъективными представлениями о бытии объективного мира.

Фромм, напротив, рассматривает и проблему субъекта, и проблему объекта как изначально решенную логикой и внутренним ходом действительной жизни. В соответствии с этой внутренней логикой, не внешние факторы, материальные или духовные, определяют человеческое существование, а само это существование, будучи динамической структурой, включает в себя указанные факторы. Ему подчиняется внутренний прогресс личности, понимаемый мыслителем как ее развитие и самосовершенствование и «внешний» прогресс материального мира, если рассматривать его с точки зрения этого самосовершенствования.

Подмена внутреннего прогресса личности внешним прогрессом материального мира обусловливает обладание как недействительный, ущербный, неподлинный способ существования, а бытие как подлинную наделенную смыслом действительность. Поэтому и бытие, и обладание являются для Фромма модусами (формами, залогами) существования, само же существование нельзя до конца определить, поскольку любое его описание предполагает отличие от того, кто описывает. Этого отличия провести нельзя, так как понятие «существование» характеризуется не рядом стабильных признаков, а предполагает изменение, движение, то есть отсутствие той точки отсчета, фиксирование которой определяет возможность описания стабильных характеристик явления. То есть нельзя отличить существование от не существования, которому фактически нет альтернативы, можно только попытаться понять данную конкретную форму существования как законную и необходимую. Существование, понятое таким образом, и составляет бытие.

Под бытием же Э. Фромм понимает «такой способ существования, при котором человек и не имеет ничего, и не жаждет иметь что-либо, но счастлив, продуктивно использует свои способности, пребывает в единстве со всем миром»[2, с. 32].

Альтернативой ему, то есть попыткой «насильственного» удержания одного конкретного момента бытия Фромм считает обладание, при этом подчеркивая , что «обладание и бытие –это две совершенно разные формы человеческих переживаний: от наличия и интенсивности той или иной формы зависят различия индивидуальных и коллективных характеров» [2, с. 28].

Вся культура фиксирования этого момента, обуславливающая обыденные представления о господстве над миром, связанные с преобладанием науки, религии, любой другой формы рациональной человеческой деятельности, представляется мыслителю ущемлением бытия, насилием над ним, поскольку осуществляемая, в данном случае, личностью процедура выбора базируется на преимущественном праве человека, его власти над собственной жизнью, возможной только как обладание, подразумевающее подчинение грубой силе в разных ее проявлениях.

Поэтому мыслитель считает, что «человек потребительского типа должен обладать предметом своего восхищения (подчинить его себе). Это распространяется на отношения родителей и детей, учителей и учеников, а также на отношения между друзьями… В общем виде: отношения людей потребительского типа отличаются соперничеством, страхом и антагонизмом» [2, c. 175].

 Альтернативой этого подчинения является для мыслителя его собственный метафизический проект, в котором человеческое существование представлено в модусе бытия, соответственно речь идет о новой практической философии, следование которой обеспечивает с одной стороны приспособление человека как биологического вида к условиям среды, а, с другой, его духовное развитие.

Как отмечает Э. Фромм, «...мы пытаемся сопротивляться всякий раз, когда кто-то мешает нам расти и органично развивать свою структуру» [2, c. 120]. В то время как «неживые объекты оказывают сопротивление внешним воздействиям своей атомарной (молекулярной) структурой», человек «с младенчества ограничен в возможностях свободного спонтанного выражения своей воли», а стремления и интересы, как правило, навязаны стандартами присущими данному обществу. Причем под понятием «свобода», в данном контексте Фромм понимает - «свободу для того, чтобы расти и развиваться в соответствии со спецификой человеческого существования(как автономная самоорганизующаяся система» [2, c. 124]. «Общество и семья (как психосоциальные посредники) вынуждены решать трудную задачу: сломать человеческую волю так, чтобы человек этого не заметил» [2, c. 121].

Фромм критикует современного человека, характеризующегося наличием потребительства во всем (модус обладания), в частности, указывая на этап формирования личности, именуемый как «анально-эротический». По мнению Зигмунда Фрейда, «анальный тип личности» отличается тем, что «всю свою энергию тратит на приобретение и накопление…характер скупца, который распространяет свою жадность сначала на вещи и деньги, а затем и на нематериальные ценности: чувства, жесты, слова, энергию и др.», из чего следует, «…что преобладание собственнической ориентации характерно для периода неполной зрелости, и поэтому её следует считать патологией, если она остаётся доминирующей в более поздний период человеческой жизни» [1]. Иначе говоря, для Фрейда человек, занятый исключительно мыслями о том, чтобы приобретать и обладать, – это душевнобольной, невротик, а следовательно, само общество, с преобладающим большинством личностей «анального типа», следует признать больным.

Опираясь на свои изыскания, Фромм полагал, что «…люди, однозначно демонстрирующие стойкую ориентацию либо на «обладательную», либо на экзистенциальную модель поведения, составляют незначительное меньшинство; в огромном же большинстве реально присутствуют обе возможности, и какая из них станет преобладающей, а какая будет подавляться, зависит от факторов окружающей среды» [2, c. 166]. Это противоречит широко распространенной идее психоаналитической теории, согласно которой «…окружающая среда вызывает существенные изменения в развитии личности лишь в младенчестве и в раннем детстве, а в дальнейшем сформировавшийся характер уже практически не меняется под влиянием внешних факторов» [2, c. 167].

Переходя от потребительства (модус обладания) к модусу бытия, Фромм в своем «проекте» сталкивается с трудностями, обусловленными невозможностью дефиниции собственно «модуса бытия», но он акцентирует внимание на том, что «…приобщиться к нему можно лишь на уровне совместных переживаний», то есть «мы можем приблизиться к модусу подлинного бытия лишь в той мере, в какой мы расстанемся с модусом обладания». Что для большинства людей оказывается трудной задачей; «…каждая попытка подобного рода наполняет их глубоким страхом…» [2, c. 138], своего рода иллюзией, «что они не смогут передвигаться самостоятельно и упадут, если лишатся такой опоры, как собственность…. А тот, кто боится погибнуть без костылей частной собственности, тот как раз-таки и нуждается в человеческой поддержке…» [2, c. 172].Тем самым метафизический проект Фромма оказывается отражением существующих на данный момент в обществе проблем и противоречий, разрешение которых может теоретически происходить в двух противоположных направлениях и с двух различных позиций.

Первое направление предполагает подчинение определенной идее, точнее идеальной модели поведения, что в современных общественных системах оборачивается более или менее успешным поиском «национальной идеи», реализация которой предполагает подчинение меньшинства большинству и сопровождается отказом от элитарности гуманитарного знания- философского и психологического. Если попытаться выразить суть полученного результата, то окажется, что это обладание и потребление, выраженное как стремление к обогащению, захват собственности или захват чужой территории, что фактически означает попытку обосновать собственное право на идентичность за счет материального господства и силы.

Второе направление, предполагающее сохранение описанной Фроммом бытийной интенции и сближение понятий «жизнь», «существование» и «бытие» фактически означает сохранение существующего вектора развития мира, ориентированного на диалогичность и мультикультурность, что фактически приводит к размыванию границ отдельных явлений и невозможности однозначной оценки происходящих событий. Это означает, что предложенная мыслителем концепция «опоры» на факты сознания и следования их внутренней жизни все равно так или иначе требует «редукции» – выбора из ряда этих фактов определенной закономерности, регулирующей их последовательность и порядок их осмысления. Тем самым мыслитель возвращается к основной теме античной философии – теме взаимодействия общего и единичного, смысла и явления. Если рассматривать проект Фромма в ставшей классической терминологии А. Ф. Лосева, то он «отмысливает единичное», то есть, смысл, погруженный в мир явлений, «рассматривает себя» в зеркале эмпирических фактов. Это ведет или к преображению мира фактов, преданию ему смысла, цели и ценности, или к забвению смысла, что погружает человека в бесконечность обладания. Деструктивный характер обладания понятен, однако вычленение общего – смысла и цели для несовершенного и ограниченного сознания человека, тоже означает обладание, удержание, захват. К этому сводится одна из главных максим античной философии «подобное познается подобным». Мир подобен человеку, а человек миру, а, значит, человек обладает лишь тем, на что, априори, имеет право. Таким образом, обладание и есть бытие, их разделение и дифференциация – дело заблуждающегося сознания, но это заблуждение и есть метафизическая судьба человека, отказаться от которой невозможно, можно лишь смириться с ней, сделав ее проблемой собственного осознанного или неосознанного выбора, что и осуществляет в метафизическом проекте психологии бытия как практической философии выдающийся мыслитель Эрих Фромм.   

 

Библиографический список

  1. Фрейд З. Малое собрание сочинений / Пер. с нем. З. Барышниковой и др. – СПб : Азбука, Азбука-Аттикус, 2013. – 992 с.
  2. Фромм Э. Иметь или быть?; [пер. с нем. Э. Телятниковой]. – М.: Изд. АСТ, 2016. – 320 с
  3. Экхарт М. Латинские трактаты / Пер. В. В. Можаровский фрагментов из 3–х трактатов // Начало. – СПб, 1997. – № 5.

Комментарии:

Ваш ник:
Ваш email:
Текст комментария: