EnglishРусский

Алишер Навои и поэты Хорезма: литературное влияние и своеобразие

С. К.  Маткаримова кандидат филологических наук,

Ургенчский государственный университет,

г. Ургенч, Узбекистан

 

 

Литературное влияние, представляя собой весьма сложный и многранный процесс, осуществляется во многих своих проявлениях, представая как в непосредственной, так и в опосредственной форме.  Воздействие Навои на творчество поэтов Хорезма имело аналогичный двоякий характер. Опосредственный вид влияния заключался в том, что для поэтов Хорезма источником вдохновения послужили образцы творчества мастеров художественного слова, которые, творчески развивая традиции великого художника, добились в определенной мере серьезных успехов в деле усвоения тайн уникального дарования Навои. А примером непосредственного воздействия является обстоятельное изучение его произведений, постижение их нового смысла и создание образцов, опираясь на художественное наследие Навои.

Ученый Э. Очилов отмечает такие положительные свойства литературного влияния, как влекущий за собой, вдохновляющий, повышающий мастерство эффект [1, с. 113]. В частности, в литературной среде Хорезма в годы правления Мухаммада Рахимхана II 33 поэта написали исследования, касающиеся 100 газелей Феруза (литературный псевдоним упомянутого выше правителя), что также можно оценивать как результат указанного воздействия. Если обратиться к истории литературы, то в антологии Ашиқа Челаби (1520–1571) «Мушоир уш-шуарo» («Состязание поэтов») говорится о том, что в конце своей жизни Навои отослал Султану Баязиду (Султан Баязид II (1447–1512) тридцать три газели, одна из них следующая, начинающаяся посвящением:

Ул пари пайкарки ҳайрoн бўлмиш инсу жoн анга,

Жумла oлам манга ҳайрoну мeн ҳайрoн анга.

Султан Баязид переслал данную газель Аҳмаду Пoдшo, велев ему написать стихотворный ответ [2, с. 159]. Данное явление (исследование газелей, выбранных самим автором из своего творчества) наблюдается и в случае, когда правитель Хорезма и поэт повелел поэтам подготовить исследование своих 100 газелей. По нашему мнению, количество поэтов (33) также не случайный факт, ибо число избранных стихотворений Алишера Навои тоже соответствовало этой цифре. Алишер Навои в свое время, отобрав из своих произведений наиболее совершенные с художественной точки зрения 33 газели, отправил их турецкому правителю Султану Баязиду. Феруз также, в свою очередь, придерживался принципа подбора самых лучших газелей, следуя традициям великого поэта. Данное положение можно оценивать в качестве одного из проявлений продолжения в творчестве поэтов Хорезма традиций Навои. А своеобразным продолжением данной традиции стало издание этих исследований одной книгой и появление антологии Табиби «Мажмуаи си шуаро пайрави Фирузшоҳий».

Известно, что в Герате при покровительстве Хусейна Байкаро и под руководством Навои возникает обширная литературная среда. Подобного рода явление наблюдалось позже и в Хиве, где при покровительстве Муҳаммада Раҳимхана Сони и наставничестве Агахи, под руководством Табиби осуществлялась весьма плодотворная литературная деятельность. Подобно литературным заседаниям поэтов Герата, в Хиве также два раза в неделю организовывались вечера книголюбов, проводились поэтические состязания [3, с. 500]. Поэты демонстрировали все свое мастерство, свои потенциальные способности на этих литературных сходках. В то же время данный круг представлял собой для поэтов своеобразный экзамен, пробную площадку, школу мастерства. Если подробности творческих состязаний в Герате в определенной мере нашли свое отражение в произведениях Навои, то прелестные картины литературной среды Хивы получили свое яркое воплощение в двух антологияхТабиби: «Мажмуаи си шуаро пайрави Фирузшоҳий» (Сборник исследований 33 поэтов газелей падишаха Феруза), а также «Мухаммасоти мажмуатуш шуарои Фирузшоҳий» (Сборник мухаммесов, написанных поэтами на газели падишаха Феруза. Для мухаммесов было характерно то, что в каждой строфе три полустишия принадлежали самому поэту, а две – автору газели). А это, в свою очередь, явилось достойным продолжением традиций Навои и их творческим развитием, что предопределило новаторство поэтов.

В данном отношении следует обратить внимание и на еще один факт. Феруз в процессе подбора газелей строго придерживался правила расположения газелей в диванах (поэтический сборник). Сначала шла газель с посвящением Аллаху, затем – восхваляющая пророка Мухаммеда,  газель с молитвенным обращением, после чего в алфавитном порядке чередовались стихотворения любовного характера. Правитель Феруз, уделявший особое внимание поэтам, заботившийся об их творческом росте, способствовавший совершентствованию их мастерства, вдохновлявший и одухотворявший их, предусматривал в своих действиях и приобретение ими творческой самобытности. Дело в том, что согласно существовавшим правилам составления совершенного дивана, газели должны быть расположены а алфавитном порядке, сначала – газель с посвящением Аллаху, затем – восхваление пророка Мухаммеда, молитвенное обращение, а далее газели на любовную тематику. Однако не все поэты были способны создать вышеуказанные первые две газели. По этой причине они не могли созданные ими творения привести в виде совершенного дивана. Феруз именно в целях исправления данного положения, для придания поэтам энергии, вдохновения и бодрости, подбирал газели в указанном выше порядке. И естественно, смог достичь своей цели. Из 54 придворных поэтов были отобраны 33 человека, которым было велено написать исследования к творениям правителя. Им в итоге удалось составить диван и добиться счастья называться истинным поэтом. Поэты Хорезма, для которых «Навои был образцом для подражания» (Табиби), приложили руку к составлению дивана в порядке, указанном Алишером Навои, что также является одним из примеров следования заветам великого мастера художественного слова. «В конце XIX  и начале XX веков и в литературной среде Хорезма усилилось стремление продолжить традицию, заложенную Навои, в аспекте составления совершенного дивана. Такие видные поэты данного периода, как Мунис, Агахи, Табиби, Фақири, собрав свои поэтические творения, составляли диваны в алфавитном порядке» [4, с. 36].

Алишер Навои во вступлении к дивану «Бадоеул бидоя» ведет речь о  структуре стиха, а также раскрывает его сущность, идейно-тематическую основу и перечисляет особенности, характерные для художественности стиля. Мы убедились в том, что традиции Навои в области поэтики дивана нашли свое логическое продолжение в творчестве поэтов Хорезма. Данные традиции выразились в следующей форме:

  1. Газели из дивана расположены в порядке тридцати двух букв из староузбекского письма, основанного на арабском алфавите.
  2. Газели начинаются с посвящения Аллаху, а затем идет восхваление пророка Мухаммеда. Агахи в своем диване «Таъвиз ул ошиқин» поначалу придерживается данного порядка, но в то же время наблюдается, что отдельные буквы начинают газели любовного содержания.
  3. В диванах поэтов Хорезма наблюдаются аспекты, связанные с тематическим диапазоном и идейной основой сборника Навои. Идейно-тематическое разнообразие стихов, философско-дидактическая и социальная подоплека также свидетельствуют о благотворном влиянии Навои. Данное положение объясняется наличием в любовных газелях полустиший в виде наставлений.

В заключении следует отметить, что школа Алишера Навои всегда будет оставаться для поэтов источником творческого мастерства и зрелости.

 

Библиографический список

  1. Очилов Э. Традиции Алишера Навои в творчестве Махтумқули // Материалы научно-теоретической конференции на тему «Проблемы интерпретации и анализа в узбекском литературоведении». - Ташкент, 2014. – С. 113.
  2. Болтабoeв Х. Образ Алишера Навои в тюркских антологиях // Мировая литература. 2013. № 2. – С. 159.
  3. 3. Баяни. Родословная Хорезмшахов. Фонд УзРФАШИ. - С. 500.
  4. Каримова Ф. Хоразм адабий муҳитида дебочанавислик // Узбекский язык и литература. 2004. № 3.- С. 36.

Комментарии:

Ваш ник:
Ваш email:
Текст комментария: