EnglishРусский

Хозяйство крестьянского населения Симбирской губернии на рубеже XIX–XX веков

Е. А. Петрушина  Научный сотрудник

Музей «Археология Симбирского края»

г. Ульяновск, Россия

 

 

Симбирская губерния – административно-территориальная единица на юго-востоке Европейской части Российской империи, согласно данным переписи 1897 г. насчитывала 1 527 848 чел., из которых абсолютное большинство (почти 68 %) составляло русское население. К основным этническим группам принадлежало мордовское население (12,37 %), а также чуваши – 10,46 % и татары – 8,77 %. 94 % населения губернии относилось к крестьянскому сословию [1, с. 148].

Симбирская губерния по своему географическому положению, а также по строению и составу почвы принадлежала к группе аграрных губерний России. Основой и крестьянского хозяйства, и в целом экономики губернии было земледелие.

По сведениям, собранным центральным статистическим комитетом в 1905 г., земельная площадь губернии составляла 3 998 691 дес. По сравнению с 1887 г. эта площадь уменьшилась на 105 750 дес. (2,6 %), а по сравнению с 1877 г. – на 205 227 дес. (4,9 %). Вся земля распределялась по трем основным группам владений: частные владения; надельные земли крестьян; земли, принадлежащие казне, уделам, церкви, учреждениям и т.д. Соответственно по отношению к общей земельной площади в 1905 г. отдельные группы соответственно составляли: первая – 27,3 %, вторая – 41,5 % и третья – 31,2 % [11, с.31].

Частная земельная собственность делилась на собственность личную – 964 962 дес. (88,3 %) и собственность обществ и товариществ – 127 534 дес. (11,7 %). По сравнению с 1877 г. личная уменьшилась на 337 893 дес. или в 1,35 раза, собственность обществ и товариществ увеличилась на 122 264 дес. (в 24,2 раза) [11, с. 33]. За 28 лет во всех уездах губернии, за исключением Алатырского, личная собственность сократилась в 1,05 – 1,93 раза, а собственность обществ и товариществ увеличилась в 6,6 – 87,88 раза.

Крестьяне владели 145 тыс. дес., 15,1 % всей личной собственности. У крестьянских обществ было 46 073 дес. земли (1,2 % всей площади губернии и 4,3 % частной собственности). Среди товариществ крестьянские находились на первом месте. Личное землевладение крестьян составляло от 0,8 % в Буинском до 6,6 % общей площади в Ардатовском уездах. В остальных уездах этот показатель держался на уровне 3,0 – 4,4 %. Владения крестьянских обществ существовали во всех уездах за исключением Карсунского, процент их колебался от 0,1 до 3,4. Мелкие владения занимали менее 10 % земельной собственности. Мелкими собственниками были 94,3 % крестьян.

Надельные земли крестьян составляли почти 42% земельной площади – 1 658 265 дес. На один двор в среднем приходилось 6,8 дес., но этот показатель различался относительно категории крестьян: у бывших удельных – 7,7 дес., у бывших государственных – 6,5 дес., у бывших владельческих – 5,6 дес. Следовательно, бывшие удельные крестьяне в губернии были самыми обеспеченными землей, и в наиболее благоприятных условиях оказались те уезды губернии, где был более высокий процент удельных крестьян и низкий процент владельческих.

Крестьяне одних и тех же категорий получали неодинаковые наделы в разных уездах. Среднее количество земли на один двор колебалось для бывших удельных крестьян от 5,1 дес. в Курмышском до 10,5 дес. в Сенгилеевском уездах, для бывших государственных от 3 дес. в Алатырском до 12,5 дес. в Сенгилеевском, и для бывших владельческих крестьян от 4,2 дес. в Алатырском до 7,4 дес. в Симбирском уездах.

Из всего числа крестьянских дворов (244 870) до 5 дес. земли имели 61 439 дворов (25,1 %); от 5 до 10 дес. 156 396 дворов (63,9 %); более 10 десятин 27 035 дворов (11 %) [11, с. 44]. Эти цифры различались по уездам. Процент первой группы дворов колебался от 12,3 в Симбирском и Буинском уездах до 50,1 в Курмышском; процент третьей группы, имевших наделы более 10 дес. – от 0,7 в Курмышском до 43,6 в Сенгилеевском уездах.

Земельная площадь крестьянских владений, приобретенных либо частными лицами, либо в составе обществ и товариществ при распределении на число дворов повысила средний размер с 6,8 дес. на двор до 7,9 дес. Купленная земля не распределялась равномерно, имелись крестьянские владения, не достигавшие по размеру среднего показателя. Например, на 61 439 дворов первой группы приходилось 194 575 дес. земли, т.е. в среднем по 3,2 дес. на двор [11, с. 47].

Господствующей системой полеводства в Симбирской губернии было трехполье. Трехпольная система позволяла восстанавливать плодородие земли с помощью чистого пара, что было выгодно для крестьян, так как они не тратили средства на покупку удобрений. Однако такое положение было верно исключительно для районов с плодородными почвами. На почвах худшего качества годичного отдыха земли от посева уже не хватало для полного восстановления плодородия, и удобрение полей стало нормой. В Курмышском, Ардатовском, Карсунском и Алатырском уездах Симбирской губернии удобрение применяли повсеместно. В южной части губернии землю удобряли только в отдельных хозяйствах, так как большинство крестьян считало унавоживание полей невыгодным [5, с. 213–214]. 

В некоторых частных хозяйствах трехпольного района начали применять совместное введение в севооборот злаковых растений, корнеплодов, кормовых трав, дающее основание для высшего развития плодопеременной системы хозяйства [9, с. 211]. 

Кризис трехпольной системы заставил земледельцев задуматься о введении многопольных севооборотов, что было возможно только при наличии большой земельной площади. Например, улучшенное полеводство с десятипольным севооборотом было заведено в имении Насакина на площади 1544 дес. [9, с. 447].

Переустройство системы земледелия в Симбирской губернии особенно активно начинается в начале ХХ века. Например, в Карсунском уезде в 1910 г. был заключен контракт на сдачу в аренду участка в 17 дес. при с. Канабеевке Анненковской волости Карсунского уезда крестьянину П.И. Бочкареву. На данном участке предусматривался четырехпольный севооборот с выводным клином люцерны, кормовым (виковая смесь, свекла кормовая, кормовой картофель) и огородным (капуста, овощи и ранний картофель). Соглашение с крестьянином с. Большие Березняки Ф.И. Дидовым предполагало шестипольный севооборот с отдельным клином на корм и пастбище. На скос сеялась люцерна, на пастбище – смесь бобовых и злаковых, после распашки клин переходил на бывший под картофелем и вместо проса сеялась трава, а после травы – просо [7, л. 13].

В Ардатовском уезде на хуторе, организованном земством по типу показательного отрубного участка на площади в 13 дес. 320 саж. практиковался четырехпольный севооборот - пар, озимь, яровое, трава. В 1909 г. этот участок был разбит на четыре клина, которые были засеяны в соответствии с измененным организационным планом. Второе поле (по плану – озимь) было засеяно картофелем, горохом и овсом, а также удобрено чилийской селитрой. Третье поле засеяно овсом с подсевом клевера, тимофеевки, люцерны и костра. На четвертом – рядовые посевы овса и проса. Осенью был произведен посев озими. В 1910 г. на данном участке росли рожь, овес, просо, картофель, свекла, клевер и люцерна [7, л. 60]. На показательном хуторе крестьянина Сергея Маслова при дер. Новой Баевой организационный план предусматривал пятипольный севооборот – пар, озимое, пропашное, яровое и травы [7, л. 60 об].

Позднее, в 1912 г., на казенных землях Симбирской губернии приступили к переустройству системы хозяйства и к проведению в жизнь на них четырехпольного севооборота с пятым травяным выводным клином. В докладе 10 июня 1913 г. инспектору сельского хозяйства Н. П. Надеждинскому старший надзиратель по заведыванию казенными оброчными статьями отметил, что за последние два года, 1912 и 1913, четырехпольный севооборот с пятым травяным клином среди арендаторов казенных земель занимает очень видное место и становится настолько понятным для рядовых крестьян, что желающих единолично арендовать казенные земли и вести именно такое хозяйство находится очень много [8, л. 52].

В крестьянских хозяйствах занимались животноводством – разводили крупный рогатый скот, лошадей, овец, коз и свиней. В районе трехполья, где большая часть земель была распахана, специальных пастбищ не было, скот содержался лишь как рабочая сила и для удовлетворения потребностей домашнего хозяйства в шерсти, молоке и пр. «Кроме значения скотоводства, как средства удобрения полей, без которого <…> совершенно нельзя обойтись в юго-западной части губернии, оно составляет необходимость как рабочая сила и как средство существования и прокормления населения» [10, с. 4]. В 1897 г. в губернии числилось 1 531 704 головы скота, рост по сравнению с предыдущим годом составил 40 445 голов. Лошадей насчитывалось 288 890, рогатого скота 325 995, овец грубошерстных 739 248, тонкорунных 42 052, свиней 126 852 и коз 8 667 голов [6, с. 13]. На 1 января 1906 г. скота насчитывалось 1 598 415 голов, менее предыдущего года на 37 283 головы. Лошадей 311 629, крупного рогатого скота 336 142, овец грубошерстных 811 752, тонкорунных 36 716, свиней 94 913 и коз 7 263 головы [10, с. 4].

Значительное место в хозяйственной деятельности крестьян Симбирской губернии занимали кустарные промыслы. «Говоря о причинах возникновения кустарных, отхожих промыслов и вообще всех посторонних земледелию заработках, пришлось бы повторять давно известную истину о малоземелье крестьянского населения» [4, с. 5]. Кроме малоземелья, развитие кустарных промыслов в губернии было обусловлено небольшими урожаями хлебов, низкими ценами на хлеб в урожайные годы, избытком работоспособного населения в хозяйствах несеющих и хозяйствах с минимальным количеством пахотной земли. Играли роль также большая доходность промыслов по сравнению с земледелием, устойчивый спрос на определенный товар, доступность необходимого сырья, налаженный сбыт, а также развитая инфраструктура [1, с. 43].

В конце XIX в. наиболее распространенными промыслами на территории губернии согласно статистическим данным была обработка дерева, производство одежды и обуви, обработка продуктов животноводства, в частности кожевенный и шорный промыслы.

В докладе А. В. фон Гребнера «О кустарных промыслах в западных уездах Симбирской губернии», сделанном 4 февраля 1891 г. в Санкт-Петербурге на заседании Общества для содействия кустарно-ремесленной промышленности указывалось, что главными предметами кустарной промышленности в Симбирской губернии являются: молотилки, веялки, сортировки, куколеотборки, гнутая венская мебель, велосипеды, рамы, дуги, ободья, полозья, колеса, сани, телеги, часики, ложки, игрушки, аристоны, гармошки, сита, решета, топоры, рогожи и кули, пробивные железные листы для зерносушилок, тес и половые доски, кошели, валяная обувь, канаты, тонкие узорчатые полотенца, рубашки и прошивки, черный поташ, смола, деготь, скипидар, отбор куколя из пшеницы и овса и др. [3, с. 2–3].

Среди промыслов по обработке дерева следует выделить производство рам, которое было распространено в Сызранском уезде [9, с. 247], а также в Беклемишевской, Водарацкой, Зиновьевской, Сызганской и Жадовской волостях Карсунского уезда [3, с. 3]. Крестьяне Аргашской, Троицкой, Сурской и Коржевской волостей Карсунского уезда гнули ободья, полозья, делали сани и телеги, ткали рогожи и кули. В юго-западной части Карсунского уезда крестьяне занимались изготовлением веревок и канатов.

В Карсунском, Алатырском, Сызранском уездах существовал экипажный промысел, там насчитывалось до 2,5 тыс. кустарей с заработком в 110 тыс. руб. [9, с. 246]. В селе Сутяжном в связи с экипажным промыслом было развито производство велосипедов. Велосипеды делали с деревянными точеными колесами и осями. Такой велосипед весил около 30 фунтов и стоил 20 – 25 руб. [3, с. 5].

Щепной и токарный промыслы были распространены в лесных уездах губернии. Кустари изготавливали посуду из березового и липового дерева, корыта, веретена, рамочные ульи, могильные кресты, ткали рогожи и кули, плели лапти [9, с. 247].

До полутора тысяч кустарей шили сапоги, рукавицы, изготовляли упряжь. Почти такое же количество человек шили крестьянскую одежду из меха и тканей фабричного производства.

В Ардатовском уезде, главным образом в среде мордовского населения, развивался промысел, заключавшийся в отборке куколя из пшеницы и овса. Вместе с отборкой куколя развилось и изготовление самих куколеотборок. «Лучшими производителями куклеотборок считаются Дежкин в Кабаеве и Бурмистров в Турдах. Дежкин имеет уже несколько медалей с разных выставок и постоянно завален заказами» [3, с. 4]. Необходимость лучшей обработки зерна для продажи породила производство зерносушилок и шасталок. Новым видом кустарных промыслов стало пробивание железных листов для зерносушилок и устройство куколеотборок нового типа [3, с. 4].

Занятие промыслами на территории Симбирской губернии было характерно для всех этнических групп, но некоторые из них отдавали предпочтение определенным видам промысловой деятельности. Русские занимались всеми видами промыслов (бондарным, столярным, дегтярным, овчинным, валяльным, портняжным, кузнечным, сукно-ткацким, кожевенным, гончарным и т.д.). Промыслы, связанные главным образом с обработкой дерева были распространены среди мордовского и чувашского населения [2, с. 47]. Чуваши занимались плетением рогож, кулей, лаптей, изготовлением телег, саней, гнутой черемуховой мебели. Для чувашского населения были характерны, кроме кустарных промыслов, такие занятия как пчеловодство, охота, извоз, бурлачество. [9, с.171]. Основными видами промыслов у татар Симбирской губернии были деревообработка, плетение лаптей, ткачество кулей, плотничество, кладка печей, выделка овчин, кожи, шерсти, волокон. Промыслы по изготовлению валенок, валяных галош, шляп, войлоков были распространены у татар северных уездов губернии [2, с. 47].

Итак, на рубеже XIX–ХХ вв. в Симбирской губернии хозяйство крестьянского населения основывалось на таких отраслях как земледелие, животноводство и разнообразные кустарные промыслы. Так крестьяне обеспечивали себя предметами первой необходимости, и имели возможность получать как основной, так и дополнительный заработок.

 

Библиографический список

 

  1. Анашкина Г.П., Шабалина Л.П. Народные промыслы в Симбирской губернии // Из этнической истории Ульяновской области (Краткие очерки): Сборник/ Составитель В.Н. Егоров. – Ульяновск: Областное газетное издательство, 1993. – С.43 – 47.
  2. Анисимова Е.Ю. Кустарные промыслы и ремесла Симбирского-Ульяновского Поволжья конца XIX – второй половины XX века // Историко-этнографические исследования Симбирского Поволжья. Сб. науч. статей. Под ред. проф. А.Н. Зорина. Ульяновск: ООО «Азбука», 2002. – 96 с. Историко-этнографические исследования Симбирского Поволжья: Сб. науч. ст. / Ульян. гос. пед. ун-т им. И. Н. Ульянова; [Анисимова Е. Ю. и др.] ; Под ред. А. Н. Зорина. - Ульяновск: Азбука, 2002. – С. 46 – 52.
  3. Кустарные промыслы в Симбирской губернии // Вестник Симбирского земства. – 1891. – №2. – С.2–5.
  4. Кустарные промыслы Симбирской губернии. Кн.III. Симбирск: Изд-во Симб. губ. земской управы, 1905. – 46 с.
  5. Максимов С. В. Особенности земледельческого производства в крестьянских хозяйствах Поволжья в годы столыпинской аграрной реформы / С. В. Максимов // Аграрные технологии в России IX-XX вв. Материалы XXV сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. - Арзамас: Изд-во АГПИ им. А. П. Гайдара, 1999. – С. 212 – 224.
  6. Обзор Симбирской губернии за 1897 г. Приложение к Всеподданнейшему отчету симбирского губернатора. – Симбирск: Типография Губернского правления, 1898. – 97 с.
  7. Областное государственное бюджетное учреждение «Государственный архив Ульяновской области». Ф. 50. Оп. 1. Д. 3.
  8. Областное государственное бюджетное учреждение «Государственный архив Ульяновской области». Ф. 50. Оп. 1. Д. 62.
  9. Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Среднее и Нижнее Поволжье и Заволжье. Под ред. В.П. Семенова. Ульяновск: Изд-во «Дом печати», 1998. (Репринт 1901 г.). – 600 с.
  10. Статистический обзор Симбирской губернии за 1905 год. – Симбирск: Губернская типография, 1906. – 35 с.
  11. Центральный статистический комитет МВД. Статистика землевладения 1905 г. Вып. 12. Симбирская губерния. – СПб.: Паровая Типо-литография Н.Л. Ныркина, 1906. – 49 с.

Комментарии:

Ваш ник:
Ваш email:
Текст комментария: