Ближайшие конференции по темам

ФилософияФилософия - К-09.20.22

СоциологияСоциология - К-09.10.22

ИскусствоведениеИскусствоведение - К-09.20.22

ИсторияИстория - К-09.20.22

КультурологияКультурология - К-09.20.22

МедицинаМедицина - К-10.05.22

ПедагогикаПедагогика - К-09.10.22

ПолитологияПолитология - К-10.05.22

ПравоПраво - К-09.15.22

ПсихологияПсихология - К-09.10.22

ТехникаТехника - К-10.05.22

ФилологияФилология - К-09.20.22

ЭкономикаЭкономика - К-09.10.22

ИнформатикаИнформатика - К-10.05.22

ЭкологияЭкология - К-10.05.22

РелигиоведениеРелигиоведение - К-09.20.22


Ближайший журнал
Ближайший Научный журнал
Paradigmata poznání. - 2022. - № 3

Научный мультидисциплинарный журнал

PP-3-22

русскийрусский, английскийанглийский, чешскийчешский

21-20.07.2022

Идёт приём материалов

Информатика Искусствоведение История Культурология Медицина Педагогика Политология Право Психология Религиоведение Социология Техника Филология Философия Экология Экономика


Литературный журнал Четверговая соль
Литературный журнал "Четверговая соль"

Каталог статей из сборников научных конференций и научных журналов- К вопросу о становлении экзистенциального подхода в психологии: вклад С. Кьеркегора

К-02.15.20
X международная научно-практическая конференция
Психология XXI века: теория, практика, перспективы
15.02-16.02.2020

К вопросу о становлении экзистенциального подхода в психологии: вклад С. Кьеркегора

Н. Ю. Куценко Кандидат философских наук, доцент,

Байкальский государственный университет,

г. Иркутск, Россия

 

 

Как известно, подъем интереса к экзистенциальным проблемам наблюдается в сложные для человечества периоды истории. Обусловлено это необходимостью осознания человеком себя, своих переживаний и нацелено на поиск смысла жизни. Можно вспомнить слова М. Бубера, емко определяющие переломные исторические моменты: «экзистенциальная бездомность» [1]. Поэтому именно XX век, переживший две самые страшные войны в истории человечества, становится ареной для развития экзистенциальных идей во всех сферах жизни человека: возникает философское направление (в лице Ж.-П. Сартра, в первую очередь); экзистенциальными мотивами пронизана литература и искусство в целом; идеи экзистенциалистов проникают в ключевую науку о человеке – психологию.

Можно сказать, что мир «рефлексирует» в попытке выйти из круга бессилия перед обрушившейся катастрофой и подойти к общему осознанию ценности каждой человеческой жизни. Первая мировая война в этом смысле явилась «толчком» для развития экзистенциальных идей в психологии. Вторая мировая война окончательно подорвала классическую систему европейских ценностей, в связи с чем на первый план вышел вопрос об уникальности каждой человеческой личности. В период немецкой оккупации Ж.-П. Сартр пишет одну из ключевых для экзистенциализма работ «Бытие и ничто. Опыт феноменологической онтологии». Так проблемы свободы, ответственности, выбора, одиночества, тревоги становятся ключевыми проблемами экзистенциально ориентированной науки, в том числе психологии.

Помимо общего культурно-исторического фона, по сути представляющего собой глобальную цивилизационную катастрофу, объективным фактором, повлиявшим на развитие экзистенциальных идей в психологии, явилась сама ситуация в науке: в момент проникновения феноменологических установок (в частности, в психиатрию), в психологии господствовал психоанализ, ориентированный, в своей сути, на естественнонаучную парадигму. Именно в контексте «противостояния» основным положениям фрейдистской теории (в частности, в определении человека) рождается совершенно новый подход, формирующий вторую парадигму в психологии – гуманитарную. По сути, проникновение экзистенциальных идей в психологию – это реакция на «взросление» науки, на формирование более глубокого  подхода к анализу внутреннего мира человека. При этом, как отмечают исследователи, экзистенциальный подход не являлся «локальным образованием»: он возник совершенно спонтанно, в разных странах, и его основателями были разные люди [5]. Практически одновременно, оставаясь в рамках психоанализа, психологи и психотерапевты задались вопросом: «… почему в одном случае лечение помогает, а в другом нет, и что на самом деле происходит в существовании клиента» [5, с. 90].

По общему мнению, принятому в философском и научном кругах, начало становления экзистенциализма как одного из самых влиятельных направлений в области человеческой мысли и формирование его ключевых принципов относится к XIX столетию и связано, в первую очередь, с именем датского теолога и философа С. Кьеркегора. Экзистенциальный подход в психологии также берет начало в трудах этого мыслителя, что подтверждают самые влиятельные представители экзистенциализма в психологии: А. Лэнгле, Р. Мэй, И. Ялом и др. [3–5, 8]

Понять мысли С. Кьеркегора можно исключительно в контексте той исторической ситуации, свидетелем которой он был. Довольно часто главную особенность второй половины XIX века исследователи обозначают как «распад»; применительно к психологии – «распад личности на части» (терминология Р. Мэя), что, по сути, явилось «симптомом эмоциональной, психической и духовной дезинтеграции культуры и индивида» [5, с. 111]. Раскол отмечался практически в каждом аспекте человеческой деятельности: в семье, искусстве (отделение искусства от реальной жизни), религии и т. д.

Как известно, человек викторианской эпохи всегда полагался на разум, поскольку триумфатором эпохи был жесткий рационализм, продиктованный идеями Нового времени и философией Г. В. Ф. Гегеля. Эмоции же человек должен был «встроить» в рамки существующих нравов или, говоря иначе, подавить. «Подавление, свойственное викторианскому человеку, его фрагментарность, о которых не принято было задумываться, были непременным условием стабильности данной культуры» [там же]. В свою очередь Кьеркегор страстно противостоял тенденции восхождения разума на пьедестал человеческой жизни, выступая против тенденции деления личности на субъект и объект, что было неизбежным в то время: раздробленность была и причиной и следствием индустриализации. Сегодня ученые не сомневаются в том, что параллелью раздробленности культуры XIX века явилось серьезное подавление личности. З. Фрейд, как мы знаем, разработает научные методы понимания и лечения этого глубокого разрыва. С. Кьеркегор же говорил о результатах дезинтеграции, которые охватят человечество лишь в XX веке: тревоге, одиночестве и отчуждении. «Как в ситуации с невротичным человеком, раздробленность становилась все более серьезной и устойчивой, пока не достигла своего предела – 1 августа 1914 года, когда все рухнуло» [5, с. 113].

В этом смысле мыслителя можно поставить в один ряд с такими великими пророками, как Ф. Ницше и Ф. М. Достоевский. Кьеркегор, задолго до идей Ницше и работ Фрейда стал говорить о проблеме самосознания, о необходимости анализа внутренних конфликтов, о потере человеком самого себя и даже о психосоматических проблемах. Гений мыслителя в том, что его волновало «понимание человека как существа, которое подавляет, которое отказывается от осознания себя, чтобы защититься от реальности и вследствие этого страдает невротическими симптомами» [5, с. 114]. При этом психология того времени, как было уже сказано, смотрела на человека как на объект, механизмы психической жизни которого необходимо изучать и анализировать. Как очень емко отметил Р. Мэй: «Фрейд писал на техническом уровне, здесь его гений превзошел всех; возможно, он больше, чем любой другой человек его времени, знал о тревоге. Кьеркегор – гений другого порядка, – писал на экзистенциальном, онтологическом уровне; он знал тревогу» [4, с. 6].

Поиски в области психологии сводились Кьеркегором к проблеме личности. Поскольку понятие личности «было нивелировано с рациональной стороны всеобъемлющей логической «абсолютной идеей» Гегеля, с экономической стороны – возрастающим опредмечиванием человека, а с моральной и духовной стороны – бессодержательной религией этого времени», мыслитель был убежден, что достижение абсолютной, «чистой» объективности невозможно [5, с. 116]. В этой связи мы можем говорить об одном из главных вкладов мыслителя в науку, изменивших, как отмечает Р. Мэй, весь ход развития динамической психологии, а именно: представление об истине как отношении. Кьеркегор пишет: «Когда вопрос об истине встает объективно, истина объективно рассматривается как объект, к которому относится познающий. То, что здесь рассматривается, – это не само отношение, но тот факт, что то, к чему он относится, есть истина, нечто истинное. Если то, к чему он относится, есть истина, нечто истинное, значит, субъект пребывает в истине. Когда вопрос об истине встает субъективно, отношение индивида также рассматривается субъективно. Если только само «как» этого отношения пребывает в истине, индивид также пребывает в истине, – даже если он при этом встает в отношение к чему-то неистинному» [цит. по: 5, с. 117]. Р. Мэй, комментируя мысли философа, скажет: «Трудно преувеличить революционность этих идей для времени Кьеркегора, для нашей современной культуры в целом и для психологии в частности» [5, с. 117]. Именно в словах Кьеркегора мы видим зарождение одного из ключевых принципов экзистенциального подхода – неразделение на субъект и объект. Идеи мыслителя – это радикальное, пророческое утверждение относительности истины: истины как сущности (далее у М. Хайдеггера – истины как свободы). Мэй отмечает: «В словах Кьеркегора мы видим предвосхищение относительности и других положений, утверждающих, что человек, вовлеченный в изучение природных явлений, состоит в особых важных отношениях с исследуемыми объектами, и он должен стать частью этого уравнения» [5, с. 118]. В данном случае вклад в последующее развитие психологии будет следующим: именно Кьеркегор «открывает» субъективный мир человека, «не теряя при этом объективности» [там же]. В частности, идеи мыслителя предвосхитили феноменологические установки о «присутствии» терапевта в мире клиента (А. Лэнгле), о «соучаствующем наблюдателе» (Г. Салливан).

Вторым вкладом С. Кьеркегора в развитие психологии и психологического консультирования, в частности, станет акцент на проблему целеустремленности. По сути, «страсть» или «целеустремленность», как называет это Кьеркегор, – это попытка человека взять на себя ответственность за собственные переживания, стремление к глубокой рефлексии и осознание себя как субъекта этих переживаний. Часто, как известно, клиент может очень долго говорить о своих проблемах как бы «со стороны», не проявляя искренних эмоций. Необходимость целеустремленности выражается в следующем: «добраться до глубинных уровней человеческой проблемы оказывается невозможно с помощью лабораторных методов, только когда человек сам стремится облегчить свои страдания, избавиться от отчаяния и получить помощь, он начнет болезненный процесс исследования своих иллюзий, защит и рационализаций» [5, с. 121].

Еще один вклад С. Кьеркегора в психологию мы видим в следующем положении: человек – это то, что он сам из себя делает и не более. В XX веке эта мысль станет одним из лозунгов экзистенциализма, определяющим всю суть экзистенциальных исканий: человек сам творит себя, поскольку обладает свободой выбора (сартровское «Человек – проект самого себя»). Свобода в понимании Кьеркегора проявляется, в первую очередь, в выборе «формы существования»: аутентичной или неаутентичной (далее у М. Хайдеггера: подлинное – неподлинное бытие). «Чтобы перейти от неаутентичного существования к аутентичному, человек должен вынести тяжелое испытание отчаянием и экзистенциальной тревогой, то есть тревогой человека, который столкнулся с границами своего существования и тем, что за этим стоит: смерть, ничто» [7, с. 241].

Вышесказанное позволяет нам следующим образом резюмировать вклад С. Кьеркегора в психологию: установка на неразделение на субъект и объект; акцент на целеустремленность клиента; постановка проблемы об истинном (аутентичном) и неистинном (неаутентичном) существовании.

 

 

Библиографический список

 

  1. Бубер М. Я и Ты. – М. : Высшая школа, 1993. – 176 с.
  2. Кьеркегор С. Страх и трепет. – М. : Академический проект, 2017. – 154 с.
  3. Лэнгле А. Современный экзистенциальный анализ: история, теория, практика, исследования / А. Лэнгле, Е. М. Уколова, В. Б. Шумский. – М. : Юрайт, 2018. – 403 с.
  4. Мэй Р. Возникновение экзистенциальной психологии // Теория и практика экзистенциальной психологии. – М. : Институт общегуманитарных исследований, 2017. – С. 5–48.
  5. Мэй Р. Истоки экзистенциального направления в психологии и его значение // Теория и практика экзистенциальной психологии. – М. : Институт общегуманитарных исследований, 2017. – С. 88–132.
  6. Сартр, Ж.-П. Бытие и ничто: Опыт феноменологической онтологии. – М. : Республика, 2000. – 639с.
  7. Эленбергер Г. Клиническое введение в психиатрическую феноменологию и экзистенциальный анализ // Теория и практика экзистенциальной психологии. – М. : Институт общегуманитарных исследований, 2017. – С. 206–250.
  8. Ялом И. Экзистенциальная психотерапия. – М. : Независимая фирма «Класс», 2017. – 576 с.
Полный архив сборников научных конференций и журналов.

Уважаемые авторы! Кроме избранных статей в разделе "Избранные публикации" Вы можете ознакомиться с полным архивом публикаций в формате PDF за предыдущие годы.

Перейти к архиву

Издательские услуги

Научно-издательский центр «Социосфера» приглашает к сотрудничеству всех желающих подготовить и издать книги и брошюры любого вида

Издать книгу

Издательские услуги

СРОЧНОЕ ИЗДАНИЕ МОНОГРАФИЙ И ДРУГИХ КНИГ ОТ 1 ЭКЗЕМПЛЯРА

Расcчитать примерную стоимость

Издательские услуги

Издать книгу - несложно!

Издать книгу в Чехии