Просмотр публикаций по категориям:

ЦЕННОСТИ ПРОСВЕЩЁННОГО ИСЛАМА И РОЛЬ КУЛЬТУРНОЙ ДИПЛОМАТИИ В ИХ УКРЕПЛЕНИИ

Пулатова С. А. ORCID: 0009-0000-4816-1696, e-mail: sevaraakmalovna@mail.ru,

Профессор, Координационно-методический центр по вопросам новейшей истории Узбекистана при АН РУз, г. Ташкент, Узбекистан

ВВЕДЕНИЕ

После обретения независимости Узбекистан, как страна, расположенная на стыке цивилизаций и культур, проделал большую работу по восстановлению своего исторического положения и национальных ценностей. Сегодня, когда Узбекистан вступил в качественно новый этап своего развития, переход от национального обновления к национальному процветанию определен как важнейший приоритет. Этого можно достичь, прежде всего, путем укрепления дружбы и сотрудничества с другими странами, активизации и развития связей в культурно-гуманитарной и духовной сферах.

ЭВОЛЮЦИЯ ЖЕНСКОГО ОБРАЗА В СОВЕТСКОМ КИНЕМАТОГРАФЕ ВРЕМЕН ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ

Г. И. Будякова, магистрант, Санкт-Петербургский государственный университет; младший научный сотрудник музея «Самбекские высоты»,

ORCID: 0009-0006-5427-2142, e-mail: glafira01@bk.ru ,

г. Санкт-Петербург, Россия

ВВЕДЕНИЕ

Женский образ в советском кинематографе времен Великой Отечественной войны является не только художественным, но и важным культурно-историческим феноменом. Эти образы отражают динамику социально-политической ситуации, меняющиеся ожидания общества и пропагандистские установки того времени. Анализ женских персонажей в военном кино позволяет глубже понять процессы формирования коллективной памяти о войне, а также трансформацию ролей женщин в общественном сознании. В условиях современного роста интереса к исторической памяти и культурным аспектам войны изучение женского образа в кинематографе помогает осмыслить не только прошлое, но и его влияние на настоящее.

1Чэн Цзин, преподаватель, e-mail: 1785499853@qq.com,

2Шэнь Цзыци, студент, e-mail: 1306604280@qq.com,

12Институт иностранных языков Педагогического университета Цзянси, г. Наньчан, КНР

Октябрьская революция 1917 года является важной точкой раздела в истории русской литературы. На примере крупных трудов по истории русской литературы, написанных русскими авторами, можно отметить, что независимо от того, идет ли речь о масштабной История русской литературы в 10 томах (1941–1956), или о История русской литературы в трех томах (1958–1964) с акцентом на определённые аспекты, либо о значимой История русской литературы в 4 томах (1980–1983), все они единодушно придерживаются принципа выбора литературы дореволюционного периода в качестве объекта исследования. Причина заключается в том, что Октябрьская революция стала рождением «новой литературы» [1, с. 1]. Независимо от того, в России или в Китае, «победа Октябрьской революции оказала глубокое влияние на движение новой китайской литературы» [5, с. 55]. Исходя из вышеизложенного, предмет исследования данной статьи сосредоточен (или: ограничивается) на трудах по истории русской литературы, составленных китайскими научными кругами в указанный исторический период.

В. А. Крылов, соискатель, e-mail: krylovvladimir12@gmail.com,

Институт Истории и Международных отношений,

Саратовский государственный университет имени Н. Г. Черышевского,

г. Саратов, Россия

Кризис 1935 года, вызванный нападением Италии на Эфиопию и завершившийся пактом Хора-Лаваля, стал закономерным проявлением кризиса Версальской системы. Его истоки лежали в экспансионизме итальянского фашизма и противоречивой реакции Великобритании, разрывавшейся между принципами коллективной безопасности и национальными интересами.

Г. И. Прилуцкая,

Аспирант, Санкт-Петербургский государственный университет,

младший научный сотрудник, музей «Самбекские высоты»,

г. Санкт-Петербург, Россия

Состояние войны как социально-историческая реальность в значительной степени является привычным для российского общества, особенно применительно к советскому периоду его развития. Как справедливо отмечает Е. Чимирис, восприятие войны в России принципиально отличается от западноевропейского: «Для западного кино война – это социальный контекст, который выявляет скрытые качества, нарушает течение жизни людей, становится причиной точки невозврата… характерно позиционирование человека на войне как нетипичное и ненормальное» [1]. В российской культурной традиции, напротив, война мыслится как органически присущее миру-обществу состояние (в толстовском понимании этого термина), как неотъемлемый элемент исторического бытия.

Г. И. Прилуцкая,

Аспирант, Санкт-Петербургский государственный университет,

младший научный сотрудник, музей «Самбекские высоты»,

г. Санкт-Петербург, Россия

Летом 1941 года, в наиболее драматичный период для Красной армии и советского общества, отечественные кинематографисты оперативно и без колебаний определили приоритеты своей профессиональной деятельности. Уже через несколько дней после начала войны режиссёр М. И. Ромм в программной заметке «Каждый фильм – удар по врагу» сформулировал ключевые задачи советского кинематографа, подчеркнув необходимость создания произведений, отражающих героизм бойцов, командного состава и политработников Красной армии и Военно-морского флота, демонстрирующих трудовой подъём и мобилизационную готовность тыла, а также обнажающих бесчеловечную сущность фашизма [1].

Ян Сяохуэй,

Магистрант, e-mail:1797272368@qq.com,

Санкт-Петербургский государственный университет,

г. Санкт-Петербург, Россия

Исторические предпосылки образовательного сотрудничества

Образовательное сотрудничество между Россией и Казахстаном традиционно играет значимую роль в содействии региональному экономическому развитию и подготовке кадров для обеих стран. В условиях расширения экономических связей, культурного обмена и торгового взаимодействия оно способствует повышению качества профессиональной подготовки специалистов и формированию многоуровневой системы высшего образования в Казахстане [1; 3]. 

Ян Сяохуэй,

Магистрант, e-mail:1797272368@qq.com,

Санкт-Петербургский государственный университет,

г. Санкт-Петербург, Россия

Исторические предпосылки образовательного сотрудничества

Исторические предпосылки межкультурного взаимодействия

Провозглашение независимости Казахстана в 1991 году ознаменовало переход страны от статуса союзной республики к суверенному государству. Санкт-Петербург, являясь одним из ключевых культурных центров России и значимым пространством проживания казахской диаспоры, аккумулирует многовековые исторические связи между двумя странами — от обучения казахской элиты в период Российской империи до интенсивных образовательных и военных контактов в советскую эпоху [2]. Эти исторические предпосылки сформировали прочную основу для развития культурного взаимодействия в постсоветский период. 

ЗНАЧЕНИЕ ИДЕЙ ДЖАДИДОВ В ПОСТРОЕНИИ НОВОГО УЗБЕКИСТАНА

Ф. Х. Усарова кандидат политических наук, доцент, ORCID 0000-0002-2836-0468, e-mail: feruzausarovaa@gmail.com,

Директор, Координационно-методический центр новейшей истории Узбекистана при Академии наук Республики Узбекистан, г. Ташкент, Узбекистан

В конце XIX века в недрах туркестанского общества исподволь зреет новая сила, которой суждено будет сыграть чрезвычайно важную роль в общественно-политической жизни края. Эта мощная общественная сила была представлена в лице местных интеллектуалов-прогрессистов, объединенных в движение, известное, как джадидизм (от арабского слова «джадид» – «новый») [11]. Значит более полутора веков назад в Центральной Азии появилось движение, которое стремилось модернизировать общество, внедрив современные по тем временам образовательные и социокультурные трансформации – это движение джадидов [6], имеющие не только региональный, но и международный формат. В начале ХХ века, движение, помимо культурно-просветительских преобразований, поставило своей целью построение правового демократического государства в Средней Азии, отстаивая принципы равенства и развития своего народа, поднимая проблему роли женщины в обществе и многое другое.

Проблема великого переселения народов в западноевропейской исторической науке. Основные историографические теории и концепции

С. В. Бувакин, учитель истории, buvakin1992@mail.ru,

пос. Плюсса, Псковская область, Россия

Исследование проблемы великого переселения народов сформировалось на заре европейской исторической науки, однако наиболее пристальное внимание к ней характерно для историографии новейшего времени. Особое внимание исследователи и историки проявили к III–IV векам, когда в эпоху великого переселения народов варварские племена вступили в непосредственные контакты с Римской империей и Византией. Однако изначально внимание к теме великого переселения народов, и распространения варварских племён возникло в контексте изучения проблемы падения Римской империи. Например, о распространение германо-готского этноса, который являлся составным звеном государства Эрманариха в IV веке, кратко повествует английский историк Э. Гиббон [3]. С началом XIX века в эпоху романтического национализма, в русле исследований историков из Германии, начинается изучение истории великого переселения народов. Первые исследователи К. Цейс и Г. Пфалер создавали предпосылки для детального анализа сведений античных авторов о варварских народах, и одновременно географического определения понятий тервинги и гревтунги, известных Аммиану, с везготами и остроготами Иордана [1].